Вечерний Таллин 15 июня 1974
СЕМЕЙНЫЙ БЮДЖЕТ
Желание узнать, что эти четыре года, прошедшие с прошлых выборов в Верховный Совет СССР, принесли обыкновенной рабочей семье, привело меня в район Ласнамяэ на улицу Паэ.
Дверь открыл молодой человек. Тут же в комнате появилась мать семейства Айно Густавовна. Через приоткрытую дверь соседней комнаты я видел проворные руки склонившейся над шитьем бабушки Алийде Аадувны Роотса.
Разговор зашел о беде, свалившейся на старшего сына, инженера НИИ строительства. Молодой, подающий надежды специалист, член месткома в июне прошлого года стал жертвой тяжелого транспортного происшествия, с последствиями которого и сейчас еще врачи ведут борьбу. Будем надеяться, что все обойдется благополучно.
Мы перешли к материальной стороне жизни семьи. Вместе стали подводить итог роста жизненного уровня семьи из шести человек за последние годы.
Какими прямыми и косвенными доходами располагает семья?
— Муж до последнего времени работал машинистом каландра на фабрике № 2 «Эстонбумпрома», сейчас — истопником в котельной, — рассказала Айно Густавовна. — Десять лет назад он зарабатывал в среднем 140–150 рублей, четыре года назад — 180, а в прошлом году — 300.
Четыре года назад, когда я еще работала экономистом в Комитете по печати, мы вместе с мужем зарабатывали приблизительно столько. Сейчас в нашей семье работают тоже двое. Муж и дочь Сирье (она — в Доме торговли продавщицей) вместе зарабатывают больше 400 рублей в месяц. Доход семьи в части зарплаты увеличился за четыре года на 25 процентов.
В тот момент, когда мы складывали, делили и множили, домой пришел младший сын Урмас, студент третьего курса ТПИ, будущий специалист по ЭВМ. Учится он хорошо, предыдущий семестр закончил на пятерки, успевает организовывать профсоюзные дела группы.
Урмас взял карандаш и бумагу. Мы решили подсчитать, сколько прямых и косвенных доходов из общественных фондов потребления пришлось на семью за четыре года. Сейчас записи Урмаса передо мной.
Итак, пенсия бабушки за четыре года — 1900 рублей. За больничные дни получено из средств социального страхования 3200 рублей. Стационарное лечение в больницах, подчиненных Таллинскому горисполкому, обходится государству по 14,8 рубля в день на человека. Таким образом, в виде бесплатного лечения семья получила дополнительного дохода еще 4250 рублей. Мать лечилась в Хаапсалуском санатории. Профсоюз заплатил 90 рублей из стоимости путевки.
Урмас снова склонился над бумагой. Сам он круглый год получает студенческую стипендию — 40–50 рублей в месяц. Если добавить и прочие затраты государства на каждого студента, то он получил в течение трех лет приблизительно 3800 рублей.
— За последние четыре года в дополнение к зарплате наша семья получила из фондов общественного потребления 13 240 рублей, — констатировал Урмас. — Это больше 270 рублей в месяц. Так что последнее время среднемесячный доход нашей семьи составил, включая зарплату и поступления из фондов общественного потребления, 670 рублей в месяц.
Наверняка домочадцы знали это и раньше, но увидев суммы, полученные из фондов общественного потребления, и Тойво, и Урмас, и мать были несколько удивлены: кто бы мог подумать, что удельный вес фондов общественного потребления настолько велик — около 40 процентов семейного дохода.
Айно Густавовна добавила: «13 240 рублей!.. Помню, лежала я в больнице „Тынисмяэ“. Там же лечилась женщина, только что побывавшая в Канаде, где она заболела и легла в больницу. Ей удалили опухоль. Так эта женщина рассказывала, что одна только операция, не считая прочих больничных расходов, стоила ей 2500 долларов...
И еще — ведь мы нигде не записали бесплатную зубоврачебную помощь, деньги, вложенные государством в новые квартиры, летний отдых, доходы с садового участка в Мууга и многое другое, всего-то не упомнишь...»
Каждый из принявших в разговоре участие приводил свои факты. В трудные дни, когда к радости примешивается забота, когда надо растить детей и они ходят в детский сад, школу, институт или когда семью посещает беда, именно в такие дни мы особенно отчетливо чувствуем повседневную заботу и поддержку Советской власти.
...Поздний вечер. С садового участка в Мууга вернулся глава семьи Вольдемар Аугустович Каур. Ветеран своего предприятия, профсоюзный активист скоро отметит двадцатипятилетие работы на фабрике.
Последней домой пришла Сирье — комсомольский групорг в Доме торговли. Вся семья в сборе. Хорошая семья, из тех, с какими можно подружиться за один вечер и навсегда.
Прощаемся тепло. И я думаю: надо бы каждой семье время от времени подводить такие же итоги, как это только что сделали Кауры.
Х. МЯГИ.
***
На снимке: в кругу семьи. Стоят Айно и Вольдемар Каур. На переднем плане Урмас, Сирье и Тойво.
#бюджет #история
Желание узнать, что эти четыре года, прошедшие с прошлых выборов в Верховный Совет СССР, принесли обыкновенной рабочей семье, привело меня в район Ласнамяэ на улицу Паэ.
Дверь открыл молодой человек. Тут же в комнате появилась мать семейства Айно Густавовна. Через приоткрытую дверь соседней комнаты я видел проворные руки склонившейся над шитьем бабушки Алийде Аадувны Роотса.
Разговор зашел о беде, свалившейся на старшего сына, инженера НИИ строительства. Молодой, подающий надежды специалист, член месткома в июне прошлого года стал жертвой тяжелого транспортного происшествия, с последствиями которого и сейчас еще врачи ведут борьбу. Будем надеяться, что все обойдется благополучно.
Мы перешли к материальной стороне жизни семьи. Вместе стали подводить итог роста жизненного уровня семьи из шести человек за последние годы.
Какими прямыми и косвенными доходами располагает семья?
— Муж до последнего времени работал машинистом каландра на фабрике № 2 «Эстонбумпрома», сейчас — истопником в котельной, — рассказала Айно Густавовна. — Десять лет назад он зарабатывал в среднем 140–150 рублей, четыре года назад — 180, а в прошлом году — 300.
Четыре года назад, когда я еще работала экономистом в Комитете по печати, мы вместе с мужем зарабатывали приблизительно столько. Сейчас в нашей семье работают тоже двое. Муж и дочь Сирье (она — в Доме торговли продавщицей) вместе зарабатывают больше 400 рублей в месяц. Доход семьи в части зарплаты увеличился за четыре года на 25 процентов.
В тот момент, когда мы складывали, делили и множили, домой пришел младший сын Урмас, студент третьего курса ТПИ, будущий специалист по ЭВМ. Учится он хорошо, предыдущий семестр закончил на пятерки, успевает организовывать профсоюзные дела группы.
Урмас взял карандаш и бумагу. Мы решили подсчитать, сколько прямых и косвенных доходов из общественных фондов потребления пришлось на семью за четыре года. Сейчас записи Урмаса передо мной.
Итак, пенсия бабушки за четыре года — 1900 рублей. За больничные дни получено из средств социального страхования 3200 рублей. Стационарное лечение в больницах, подчиненных Таллинскому горисполкому, обходится государству по 14,8 рубля в день на человека. Таким образом, в виде бесплатного лечения семья получила дополнительного дохода еще 4250 рублей. Мать лечилась в Хаапсалуском санатории. Профсоюз заплатил 90 рублей из стоимости путевки.
Урмас снова склонился над бумагой. Сам он круглый год получает студенческую стипендию — 40–50 рублей в месяц. Если добавить и прочие затраты государства на каждого студента, то он получил в течение трех лет приблизительно 3800 рублей.
— За последние четыре года в дополнение к зарплате наша семья получила из фондов общественного потребления 13 240 рублей, — констатировал Урмас. — Это больше 270 рублей в месяц. Так что последнее время среднемесячный доход нашей семьи составил, включая зарплату и поступления из фондов общественного потребления, 670 рублей в месяц.
Наверняка домочадцы знали это и раньше, но увидев суммы, полученные из фондов общественного потребления, и Тойво, и Урмас, и мать были несколько удивлены: кто бы мог подумать, что удельный вес фондов общественного потребления настолько велик — около 40 процентов семейного дохода.
Айно Густавовна добавила: «13 240 рублей!.. Помню, лежала я в больнице „Тынисмяэ“. Там же лечилась женщина, только что побывавшая в Канаде, где она заболела и легла в больницу. Ей удалили опухоль. Так эта женщина рассказывала, что одна только операция, не считая прочих больничных расходов, стоила ей 2500 долларов...
И еще — ведь мы нигде не записали бесплатную зубоврачебную помощь, деньги, вложенные государством в новые квартиры, летний отдых, доходы с садового участка в Мууга и многое другое, всего-то не упомнишь...»
Каждый из принявших в разговоре участие приводил свои факты. В трудные дни, когда к радости примешивается забота, когда надо растить детей и они ходят в детский сад, школу, институт или когда семью посещает беда, именно в такие дни мы особенно отчетливо чувствуем повседневную заботу и поддержку Советской власти.
...Поздний вечер. С садового участка в Мууга вернулся глава семьи Вольдемар Аугустович Каур. Ветеран своего предприятия, профсоюзный активист скоро отметит двадцатипятилетие работы на фабрике.
Последней домой пришла Сирье — комсомольский групорг в Доме торговли. Вся семья в сборе. Хорошая семья, из тех, с какими можно подружиться за один вечер и навсегда.
Прощаемся тепло. И я думаю: надо бы каждой семье время от времени подводить такие же итоги, как это только что сделали Кауры.
Х. МЯГИ.
***
На снимке: в кругу семьи. Стоят Айно и Вольдемар Каур. На переднем плане Урмас, Сирье и Тойво.
#бюджет #история
Нет комментариев