#чтопочитать – Дома мы ничего обсуждать не будем.

Потому что дом больше не твой, – улыбаюсь мужу и любовнице.
***
Первая глава из любовного романа "После развода. Кому ты теперь нужен?", Александра Багирова (ссылку на книгу оставила внизу 👇).
***
Говорят, кровь не водица. Жаль, что иногда она больше напоминает прокисший компот.
Удар в спину — это всегда больно. Но самое закономерное в предательстве то, что нож тебе обычно втыкают люди, которых ты считаешь родными. Они его заботливо полируют твоими же деньгами, лучезарно улыбаются, приправляя все лживой заботой. Моя семья давно превратилась в театр лицемерия. И сегодня я пришла на их закрытую премьеру с твердым намерением спалить эти декорации дотла.
Нажимаю на кнопку звонка. За массивной дубовой дверью слышится суета. Приглушенный бас моего старшего брата, истеричный шепот его жены Раисы. Наконец, замок щелкает.
На пороге возникает Толик. Мой старший брат. Моя опора. Мужчина, который заменил мне отца с матерью, а теперь судорожно пытается загородить собой собственную прихожую. Лицо у него серое, к губам криво приклеена лицемерная улыбка.
- Каролина? – вместо грубого мужского баса, он блеет как козел. - А ты... какими судьбами? Время-то видела?
Да, никто на сегодняшнем празднике жизни меня увидеть не ожидал. Они были уверены, что я в командировке, и отрывались на полную. Празднуя… видимо, успешную монетизацию своего предательства.
- И тебе привет, братик, - улыбаюсь так тепло и лучезарно, как только может улыбаться хищник, загнавший добычу в угол. Делаю плавный шаг вперед, вынуждая его отступить.
- Ты же в командировке… - он настолько сбит с толку, что до сих пор не может поверить моему появлению на пороге.
- А я так соскучилась. Решила проведать. А вы не рады?
В углу коридора стоит Раиса. На ней шелковый халатик и такое выражение лица, будто она только что проглотила лимон целиком.
- Каролиночка! - ее голос звенит от слащавой фальши. – Неожиданно. А у Толика давление подскочило, - всплескивает руками. - Решили лечь пораньше.
Очень долго я считала Раису своей подругой, даже больше – сестрой. Но мы все люди, все заблуждаемся. Оказалось, я пригрела на груди прожорливую личинку, которая мастерски маскировалась под бабочку.
- Давление? В вашем-то возрасте надо себя беречь, - сочувственно цокаю языком и, элегантно обогнув застывшего соляным столбом брата, прохожу в прихожую. - Давайте, я врача вызову. Это не шутки, - изображаю на своем лице тревогу.
- Н…нет, не надо. Поваляюсь в постели, завтра пройдет. Это на погоду, - блеет, мой совсем посеревший братец. – Жаль, что ты приехала, а я в таком состоянии, - разводит руки в стороны, намекая, что мне лучше убраться.
Но я пришла со скальпелем, пора уже вскрыть семейные гнойники.
Воздух здесь плотный. Он насквозь пропах паникой, Раиными сладкими духами и... терпким, до боли знакомым ароматом парфюма моего мужа. Мой взгляд скользит по вешалке. Рядом с курткой Толика, дорогим тренчем Раи, который я ей оплатила в бутике, висит и пальто моего мужа, а на тумбочке небрежно брошены ключи с брелоком от его автомобиля.
- Ну что ты, Толь. Мы же родные люди и должны заботиться друг о друге, - протягиваю участливо. -Тем более, как я смотрю, Стас уже тоже тут.
- Он был, но уехал, - в один голос выкрикивают испуганно.
Надо видеть их глаза в этот момент, они реально готовы выкатиться из орбит, а сколько в них страха. В них плещется такой животный ужас, будто я не сестра, а налоговая инспекция, пришедшая с ордером на конфискацию имущества.
- Без пальто и ключей? – невинно хлопаю ресницами.
- Да! – слишком активно кивает Рая. – Машина что-то барахлит. Он не рискнул ехать на ней. Вызвал такси, а пальто… забыл…
- Ага, - брат выдыхает. Они присоединяются друг к другу в активном кивании так слаженно и синхронно, что напоминают двух китайских болванчиков на приборной панели. Им бы на Олимпиаду по командному вранью — золото взяли бы не глядя.
– Он домой поехал. Так что поторопись, как раз после разлуки можете себе романтик устроить, - Толик пытается сделать благодушное лицо, но от страха его улыбка больше напоминает лицевую судорогу, а на лбу неоновой вывеской мигает слово «Паника».
- А как же ты? – изображаю крайнюю степень обеспокоенности. – Толь, ты реально плохо выглядишь я переживаю.
- У меня жена и… - осекается. – Справимся. Не в первой. Езжай, Каролина, проведи этот вечер с мужем.
- Да, да, ты с дороги, тебе самой отдохнуть надо, - включает «заботу» Рая.
Наблюдать за их агонией, это своего рода удовольствие. Хоть и приправленное горечью предательства. Толик для меня всегда был больше, чем братом. Когда не стало наших родителей, пятнадцатилетний парень не позволил, чтобы меня забрали в детский дом. Он вкалывал сутками, чтобы у нас было все необходимое для жизни.
Что с тобой случилось, Толь? Задаю мысленно вопрос. Но на моем лице ничего не отражается, кроме фальшивой маски благодушия. Но пора и ее снять.
- Сейчас я наберу, Стаса, - достаю мобильный.
- З…зачем звонить, сюрприз ему устроишь, - Толя так пугается, что подлетает ко мне, норовя вырвать телефон из рук.
Но гудки уже идут. И ничего… Я ожидала, что в квартире послышится мелодия звонка мужа. Но нет, тишина. Конечно, кто же оставляет звук включенным во время таких «важных совещаний».
В прихожей слышно, как судорожно и с облегчением выдыхают брат с женой.
- А как там Жанночка? – интересуюсь невинно, - Как раз хотела узнать, как у нее успехи на стажировке в компании Стаса. Мальчики в совете директоров говорят, она очень... глубоко вникает в процесс.
Толя начинает кашлять, громко и натужно, при этом покрываясь красными пятнами.
Раиса громко и нервно сглатывает.
- Она... она спит! - выпаливает невестка, обнимая себя подрагивающими руками. — Устала девочка! На работе завалили проектами, она бедная света белого не видит!
- Спит? В девять вечера? - мой голос звучит как мягкий бархат, в который аккуратно завернули бритвенное лезвие. — Надо же. Видимо действительно слишком сильная нагрузка.
И тут в одной из комнат раздается протяжный, женский голос.
Раиса судорожно открывает рот, прижимает ладони к пылающим щекам, напоминая выброшенную на берег рыбу. Толик же просто каменеет, глядя в стену с таким видом, будто на его голову обрушились все горести этого мира.
- А нет, не спит, похоже все трудится, бедняжка, - обхожу брата и решительном шагом иду прямо на звук. Открываю дверь спальни двадцатиоднолетней Жанночки. Ремонт здесь делал дизайнер, которого я лично нанимала и щедро оплачивала, чтобы превратить эту берлогу в настоящую «комнату принцессы». Пудровые тона, изящные бра, мягкий свет. И на милой розовой постельке, прямо поверх пушистого зефирного пледа, мой законный муж с Жанночкой.
Она же первой меня и замечает.
Испуганно ойкает, ее глаза расширяются от ужаса. Племянница судорожно дергает на себя край розового пледа, пытаясь прикрыться.
Но Стас, не пытаясь прикрыться, поворачивает ко мне покрасневшее лицо. В его глазах нет ни капли вины или испуга и появляется глухое, чисто мужское раздражение.
- Каролина! Зачем ты пришла! – выдает раздраженно, словно я оторвала его от важного совещания. – Ты время видела? Езжай домой. Я закончу, приведу себя в порядок. И дома поговорим, без дешевого спектакля, который ты пытаешься устроить.
- Закончишь? - с интересом склоняю голову набок и сочувственно цокаю языком. - Звучит амбициозно, Стас. Боюсь, дорогой, ты уже закончил. И с этим процессом, и со своим браком, и со своей зоной комфорта. Так что в спектакле дешевые именно главные актеры, игра на нулевом уровне.
- Никому тут твое остроумие не сдалось, - надменно фыркает. – Я сказал, езжай домой. Потом поговорим, как взрослые люди.
За моей спиной раздается мышиный писк Раисы. А следом кряхтит Толик и выдает фразу, которая в рейтинге идиотских оправданий должна занимать почетное первое место:
- Каролин… ты только не кипятись. Ты все не так поняла…
Медленно поворачиваюсь к брату, под мои презрительным взглядом, он судорожно втягивает голову в плечи.
- Не так поняла? - выгибаю бровь. - Толь, а как надо было понять?
Брат сереет, сливаясь с обоями.
- Каролина, прекрати нести чушь! Устроили тут разборки! - рявкает с кровати Стас. - Вы мне всё срываете! Я что не ясно выразился? Повторяю, для тугодумов – вали домой!
- Ой, дорогой, - перевожу на него сочувствующий взгляд, - В твоем возрасте срыв процесса – с родни катастрофе. Потом сколько придется настраиваться на новый забег, такие нагрузки в твоем возрасте опасны.
- Замолчи, - ревет со злостью, ударяя кулаком по матрасу, от чего девушка издает тоненький писк. - Да я любому молодому фору дам! И Жанна тебе это подтвердит. Старая жена не пробуждает мужского интереса. Ты сдулась Каро, признай это, сохрани лицо и тогда, может быть, заслужишь мое снисхождение.
- Тетя Каролина… - из-под пушистого пледа доносится жалобный, дрожащий голосок. Жанночка мастерски делает страдальческое лицо невинного ангела — то самое, на которое я покупалась годами, оплачивая ее хотелки. По ее щеке катится скупая, лживая слеза. - Простите… я не хотела… так вышло…
- Конечно, не хотела, - обрываю ее тоном, от которого Жанночка вздрагивает. - Он, видимо, споткнулся о ковер, упал и совершенно случайно к тебе. И так много-много раз. Слезай с этого дешевого образа, Жанна. Билеты на твой спектакль я больше не оплачиваю.
- Закрой рот! – рявкает Стас. - Не смей доводить девочку! Ей нельзя волноваться! Бессовестная, как ты могла устроить это все?! Где уважение ко мне, к семье? У тебя вообще ничего святого не осталось!
Он переводит бешеный взгляд на замерших в дверях родственников.
- А вы?! – презрительно фыркает на Толика с Раисой. - Как можно было это допустить?! Вы даже дверь перед ее носом закрыть не смогли! Бесполезные… Я был о вас лучшего мнения! Сколько раз повторять, чтобы вы все убрались и не нарушали наше с Жанной личное пространство!
- Да, Стасик, сейчас… - подобострастно блеет Толик и тянет ко мне трясущиеся руки. - Пойдем, Каролин. Не мешай людям… это действительно не красиво. Ты же видишь они не одеты, это некультурно.
Я не двигаюсь с места. Достаю из сумочки телефон. Навожу камеру на эту идиллическую картину: розовый плед, голый потный муж и заплаканная племянница.
Щелк. Делаю несколько кадров.
- Ты совсем? – муж крутит пальцем у виска. – Что ты творишь, ненормальная!
- Фиксирую убытки, - спокойно отвечаю я, убирая телефон обратно. - И нет, Стас. Дома мы ничего обсуждать не будем. Потому что домой ты больше не придешь. Двери некогда нашего дома, теперь для тебя закрыты.
Муж издает короткий, лающий смешок. В его глазах вспыхивает нескрываемое превосходство. Так он обычно смотрит на недругов, показывая им, кто хозяин жизни.
- Ты слишком высоко нос задрала, Каролина, - цедит, пытаясь вложить в голос максимум угрозы. — Решила, что тебе позволено мне указывать? Забыла, из какой дыры я тебя достал? Да если бы не я, ты бы так и сидела в нищете со своим братцем! Не одумаешься — туда же и отправишься. Я заставлю тебя уважать себя! Поняла?!
- Мне должно быть страшно, - усмехаюсь.
Стас, поняв, что продолжить вечер с Жанной сегодня не получится. Принимает решение покинуть розовую постель. Накрывает любовницу с головой, а сам нервно вскакивает. Он спешит одеться, спотыкается о брошенные на полу джинсы и, чтобы не рухнуть лицом вниз, комично хватается за спинку кровати, сверкая перед нами бледной пятой точкой.
- Прежде чем меня запугивать, Стас, - смотрю на некогда любимого человека. Сколько нас всего связывает, сколько всего пройдено вместе. – Научись хотя бы надевать штаны без посторонней помощи.
Толик с силой дергает меня на себя и захлопывает дверь! Пронзает гневно-испуганным взглядом.
- Сестра, ты хоть понимаешь, что творишь? – шипит, раздувая ноздри. – Кто дал тебе право рушить все?
Брат продолжает сильно сжимать мое плечо и гневно сопеть.
- Рушить? - хмыкаю. - Толь, я лишь включила свет в вашем уютном гадюшнике.
Я разворачиваюсь и уверенно иду по коридору. Не стоять же мне под дверью, в ожидании, когда же мой гулящий муж натянет штаны. Но мне нужно закончить это здесь и сейчас, потому что домой Стас сегодня не попадет. Все необходимые меры я уже приняла.
На кухне уже у плиты стоит Рая и нервно комкает в руках полотенце. В глаза мне не смотрит.
Толик влетает за мной, лицо из серого стало пунцовым, руки в бока.
- Каролина, ты не понимаешь, что творишь! Зачем ты устраиваешь скандал на пустом месте? - начинает брат, нависая надо мной. — Мужики вроде Стаса все равно ходят налево! Природа у них такая! Не Жанна, так была бы какая-нибудь неизвестная силиконовая девица!
- Да! - поддакивает Раиса, активно кивая. - Ты понимаешь, что чужая охотница могла бы вытянуть из него миллионы? А так все в семье! Жанночка девочка покладистая. Зато деньги никуда не уплыли. Мы же вашу семью спасаем!
Слушаю их бред, и даже гнева не осталось. Скорее научный интерес, куда они зайдут дальше в своем корыстолюбивом маразме.
- То есть, я должна сказать вам спасибо? - медленно уточняю. - За то, что вы заботливо свели моего стареющего мужа и свою дочь? Какая трогательная финансовая стратегия. А Жанночка работает у вас исключительно на благотворительных началах.
- Вот к чему эти колкости, Каролин? Ты знаешь, Жанна тебя очень любит. И никогда бы не стала тебе вредить. Тем более уводить мужа. Она за семейные ценности! – восклицает мой брат, говоря так, словно моя племянница только что совершила великий героический поступок.
- Не надо обижать Жанну. Сама же, когда во всем разберешься, будешь извиняться, - тявкает Рая.
- О да, за самоотверженность Жанне, за верность семье, можно памятник поставить, - присаживаюсь на стул, закидываю ногу на ногу.
- Каролина! - Толик бьет кулаком по столу. Включает режим старшего брата. - Я заботился о тебе с детства! Я заменил тебе родителей! Ты думаешь, я бы сознательно причинил тебе вред?! - это он уже бьет по тому, за что я всю жизнь была ему благодарна и никогда не забывала. - Иногда приходится действовать больно, но это только на благо! Ты должна пойти и извиниться перед мужем. Быть тихой, покорной и мудрой женщиной. Иначе Стас оставит тебя без ничего! Или ты забыла, что компания была у него еще до брака с тобой? По контракту ты пойдешь на улицу ни с чем!
- Толь, диагнозом: «тихая и покорная жена», я к счастью, не страдаю. И завязывай играть на родственных чувствах и благодарности, это не работает. Уже.
- Знаешь, вроде бы никогда тебя глупой не считала, - Рая фыркает, - А сейчас голова вообще отключилась. Не хочешь понимать очевидных вещей. Поймешь, но… - она выставляет указательный палец с персиковым лаком, - Уже насолила нам в души. Уже не поверила. Осадочек останется у нас, Каролина.
Не успеваю ответить, в дверях появляется Стас. Он успел натянуть брюки и рубашку, хотя пуговицы застегнул криво. Видок у него злой и надменный. Он снова нацепил на себя маску хозяина жизни, уверенного, что сейчас парой фраз поставит меня на место.
- Ну давай поговорим, - шипит, опираясь плечом о косяк.
Толик и Рая заискивающе улыбаются и начинают бочком выбираться из кухни.
- Каролина, прислушайся к мужу. Думай головой и выключи ненужные эмоции, - бросает Толик напоследок, трусливо вжимаясь в стену, чтобы протиснуться мимо Стаса.
А Рая, уже из коридора, складывает губы уточкой и посылает мне воздушный поцелуй:
- Каролина, мы в тебя верим!
Стас по-хозяйски проходит на кухню...
***
Читайте продолжение любовного романа "После развода. Кому ты теперь нужен?", Александра Багирова - https://links.litnet.com/go/smv43tff 👈
***