Показать картинку Простая мелодия в воздухе тает. И ветер уносит последний куплет. А песня о том, что его не хватает. Что клином сошелся на нем белый свет. Что лето не в лето, а осень не в осень. Что ночью не спится, а днем не светло. Его не хватает. И холодно очень. И дождь, как назло, барабанит в стекло. Простая мелодия в воздухе тает. Но несколько слов не хотят улетать. И я повторяю: Тебя не хватает. Тебя никогда мне не будет хватать.
выжигаю себя и плоть, заклинаю — глаза в глаза. я пытаюсь тебя уколоть — я желаю тебя наказать. этот холод живет внутри. всколыхнуло его опять. не гляди на меня — смотри, я едва ли могу стоять. я молчу, и молчит мой взгляд — еще можно? нет, поздно, поздно. ты вернешь мне тепло назад, но сегодня я очень мерзну. (с) Ксения Оруджова
Не забывай у меня вещи, Ведь это повод тебя ждать; Как синяки на коже, вечер, Разворошенная кровать. Не забывай у меня запах Твоих волос и сигарет. Я буду помнить их до завтра, До завтра через много лет. Copyright: Маргарита Большакова
Что ж наделали мы, сумасшедшие, Если день друг без друга нам – год? И разлука опять – происшествие, Словно выстрелом прерван полёт. Что ж наделали мы, неразумные, И куда забрели мы, скажи, Если сутки в разлуке – безумие, И тоска возле сердца кружит? Что ж наделали мы, захмелевшие, В нашей сказочной тайной глуши, Если даже русалки и лешие Стали частью единой души? Постарайся сегодня присниться мне, Смех мой тихий сквозь полночь услышь. И под окнами утренней птицею Ты со мной говоришь, говоришь. Людмила Клёнова.
| все мы ломались. сейчас или в прошлом. всех предавали, бросали и жгли. всех нас меняли на цепь или брошку, все продавались за хлеб и рубли. в каждом из нас умирали надежды, в каждом под ребрами - список имен, мы – не святое, не злое, а между, между чертями и ликом икон. все мы цеплялись. за близких и время. в них ошибались и тратили зря. все мы пытались жить мудро по схеме, сахар не есть (или есть втихаря). лучшая чашка ждала нас в серванте, пили из старых, а эту - гостям. все мы копили для неких гарантий, к черному дню и дурным новостям. все мы мечтали. тайком или громко. все рисовали победный маршрут. все убегали из дома с котомкой с хрупкой надеждой, что где-то нас ждут. все примеряли насмешки и жалость, если пришлось возвратиться назад. всем нам знакомо, как взглядами жалят, как, соболезнуя, тонко язвят. все спотыкались. встречали преграды. все мы боялись споткнуться опять. впрочем, храбрец ведь не тот, кто не падал, смел, кто рискует еще раз начать. можно и чашку в особенный веч...Ещё| все мы ломались. сейчас или в прошлом. всех предавали, бросали и жгли. всех нас меняли на цепь или брошку, все продавались за хлеб и рубли. в каждом из нас умирали надежды, в каждом под ребрами - список имен, мы – не святое, не злое, а между, между чертями и ликом икон. все мы цеплялись. за близких и время. в них ошибались и тратили зря. все мы пытались жить мудро по схеме, сахар не есть (или есть втихаря). лучшая чашка ждала нас в серванте, пили из старых, а эту - гостям. все мы копили для неких гарантий, к черному дню и дурным новостям. все мы мечтали. тайком или громко. все рисовали победный маршрут. все убегали из дома с котомкой с хрупкой надеждой, что где-то нас ждут. все примеряли насмешки и жалость, если пришлось возвратиться назад. всем нам знакомо, как взглядами жалят, как, соболезнуя, тонко язвят. все спотыкались. встречали преграды. все мы боялись споткнуться опять. впрочем, храбрец ведь не тот, кто не падал, смел, кто рискует еще раз начать. можно и чашку в особенный вечер, можно и деньги – всю жизнь под кровать, только живем мы сейчас, а не вечно, хочешь в париж, значит, стоит слетать. много людей и желаний в анкете. много неважных и блеклых как пыль. многое мельком внушили соцсети, чье-то вранье и пустой кинофильм. Я же о том, что останется в сердце, что прорастает колосьями ржи, то, что не может к утру «расхотеться», то, что, по сути, и есть наша жизнь. (c) Дикон Шерола / Deacon
Мы не запоминаем добрых, нежных и заботливых. Мы запоминаем тех, кто сталкивает нас в пропасть. Ведет по краю, по остро заточенным граням. Погружает в бездну, увлекает на самое дно. Мы запоминаем разряд в 220 вольт. Под кожу, по живому. Ток в каждом прикосновении. Дикое, безумное притяжение... Это может убить. Но попробовав хоть раз, тебе больше не захочется без этого жить...
Я проиграла. Респект! Брависсимо! Ты независим, а я зависима. Были же принципы – в воду канули... Плюс тебе в список, и минус в карму нам. Нет, мне не стыдно, скажу по-честному: Я над моралью смеюсь общественной. Выбор один лишь не унизителен – Если уж спать с кем, то с победителем. Мила Позняковская
не дошептала я тебя. не домечтала. не дострадала-не смогла. не дожелала. и замаячил в пустоте твой взгляд влюблённый. твоё чуть слышное "прости"-как в лоб контрольный. твой силуэт в входной двери, огонь камина... тянулись руки, чтоб обнять, но только мимо. тянулось время словно мёд /необратимо/ и утекало. наше время уходило... и уходил ты от меня, чтоб спать с другою пока я пачкала паркет своей слюною, пока я грызла, как стекло, свои обиды ты шёл спокойно по мечтам тобой разбитым... наедине сама с собой на боле битвы. ну вот и всё. окончен бал. пускайте титры. а после плакать по ночам, дышать в мобильный и умирать. и вспоминать в тоске могильной твою способность невзначай менять аккорды, твой нрав упрямого юнца с усмешкой гордой, непостоянное твоё, мою-константу, такую жаркую ладонь под узким платьем, твою придуманную ложь наркозом в вену, твою любовь. и нелюбовь. твою измену. и нежность губ. и грубость рук. вдвоём закаты. и слишком долгую игру. и боль утраты. поллитра виски....Ещёне дошептала я тебя. не домечтала. не дострадала-не смогла. не дожелала. и замаячил в пустоте твой взгляд влюблённый. твоё чуть слышное "прости"-как в лоб контрольный. твой силуэт в входной двери, огонь камина... тянулись руки, чтоб обнять, но только мимо. тянулось время словно мёд /необратимо/ и утекало. наше время уходило... и уходил ты от меня, чтоб спать с другою пока я пачкала паркет своей слюною, пока я грызла, как стекло, свои обиды ты шёл спокойно по мечтам тобой разбитым... наедине сама с собой на боле битвы. ну вот и всё. окончен бал. пускайте титры. а после плакать по ночам, дышать в мобильный и умирать. и вспоминать в тоске могильной твою способность невзначай менять аккорды, твой нрав упрямого юнца с усмешкой гордой, непостоянное твоё, мою-константу, такую жаркую ладонь под узким платьем, твою придуманную ложь наркозом в вену, твою любовь. и нелюбовь. твою измену. и нежность губ. и грубость рук. вдвоём закаты. и слишком долгую игру. и боль утраты. поллитра виски. полночь. дождь. огни по встречной. конечно, время лечит, но но память вечна. Милена Кафанова
Кто кого предал? И было ли это предательством? Ты сам когда-то сказал тебя больше не ждать. Мы же с тобой ни судьбой, ни другим обязательством Не были связаны. Незачем и вспоминать. Но вот спустя ровно год ты звонишь поздним вечером, И тишину разрезает твой голос опять. Мы не друзья. Обсуждать нам давно с тобой нечего. Что же заставило номер мой снова набрать? Может тебя пробирает ноябрьским холодом? Тело продрогло, душа начала замерзать... Или тоска по минувшему стала вдруг поводом Вновь мой нарушить покой и заставить дрожать? Может от скуки, а может немного "под градусом"... До бесконечности можно сидеть и гадать. Может всё проще? Ты просто ошибся адресом, Но не позволила вежливость это признать. Только за год я успела смириться со статусом, Взвесить всё тщательно, что-то забыть и принять. И, пока ты бороздил океаны под парусом, Я на ногах научилась покрепче стоять. Но твой звонок... И порядок вновь сделался хаосом. Мысли несутся прочь так, что уже не догнать. Сердце, уймис...ЕщёКто кого предал? И было ли это предательством? Ты сам когда-то сказал тебя больше не ждать. Мы же с тобой ни судьбой, ни другим обязательством Не были связаны. Незачем и вспоминать. Но вот спустя ровно год ты звонишь поздним вечером, И тишину разрезает твой голос опять. Мы не друзья. Обсуждать нам давно с тобой нечего. Что же заставило номер мой снова набрать? Может тебя пробирает ноябрьским холодом? Тело продрогло, душа начала замерзать... Или тоска по минувшему стала вдруг поводом Вновь мой нарушить покой и заставить дрожать? Может от скуки, а может немного "под градусом"... До бесконечности можно сидеть и гадать. Может всё проще? Ты просто ошибся адресом, Но не позволила вежливость это признать. Только за год я успела смириться со статусом, Взвесить всё тщательно, что-то забыть и принять. И, пока ты бороздил океаны под парусом, Я на ногах научилась покрепче стоять. Но твой звонок... И порядок вновь сделался хаосом. Мысли несутся прочь так, что уже не догнать. Сердце, уймись! Ты должно с этим справиться казусом! Разум, на помощь! Мне надо с собой совладать. ____________________________________________ Речь заготовлена. Паники нет в моём голосе. Твёрдое "нет". Я прощаюсь. Ты просишь писать... Но так нежданно ломается стрелка на компасе, И я, похоже, уже начинаю скучать... Ольга Холодная /2014/
Мне достаточно знать, что ты - есть, Что живёшь и с тобой всё в порядке. Я не стану в судьбу твою лезть, Досаждать, наступая на пятки. С кем проводишь ты дни напролёт, Ночи с кем коротаешь - неважно, Лишь берёг бы твой дальний полёт Ангел, рядом парящий, отважно. Я за счастье твоё помолюсь, Не со мной даже если, но всё же - Пред иконой святой преклонюсь... На любовь это очень похоже... Пусть преград между нами не счесть Ведь, у жизни свои распорядки, Мне достаточно знать, что ты - есть, Что живёшь и с тобой всё в порядке... Елена Бычкова
Помутнели от пыли разлук зеркала. Но осталось нетронутым в них твоё имя. Были. Ты помнишь, были Из любви и тепла Два роскошных крыла! Кто сейчас в море нежности рядом с тобой. Те же эльфы вам дарят мечты и рассветы? Ветер. Холодный ветер Остудил мою боль. В сердце только любовь. Ты стоишь у окна я дождём по стеклу Растекаюсь в твоём отрешённом молчаньи. Тайно. Без обещаний Я коснусь твоих рук, Отдаваясь теплу. Леди Натали.
Показать картинку Ты только пойми меня правильно: Не злись, не ругайся, прошу! Я этой любовью оправдана - Ей верой и правдой служу. Полсердца осталось и мается И бьётся вполсилы давно. А мне бы - забыть и раскаяться, И в новом сниматься кино. Таких "потеряшек во времени" Жалеет и милует Бог - Любовью ударив по темени, И выстрелив болью в висок. Окно заколочено досками В тот мир, где мы были тогда. Давно стали чувства обносками: Меж нами - года, города. А я говорю с тобой. Можно ведь? Ну кто мне теперь запретит. Моё послевкусие ложное! Дурацкий мой аперитив! А слёзы ,да пусть себе катятся: Всё ж легче - и жить, и дышать. Хотела надеть это платьице - Уж очень я в нём хороша! Но память (вот дрянь беспардонная!) - Как будто огнём обожгл...Ещё Ты только пойми меня правильно: Не злись, не ругайся, прошу! Я этой любовью оправдана - Ей верой и правдой служу. Полсердца осталось и мается И бьётся вполсилы давно. А мне бы - забыть и раскаяться, И в новом сниматься кино. Таких "потеряшек во времени" Жалеет и милует Бог - Любовью ударив по темени, И выстрелив болью в висок. Окно заколочено досками В тот мир, где мы были тогда. Давно стали чувства обносками: Меж нами - года, города. А я говорю с тобой. Можно ведь? Ну кто мне теперь запретит. Моё послевкусие ложное! Дурацкий мой аперитив! А слёзы ,да пусть себе катятся: Всё ж легче - и жить, и дышать. Хотела надеть это платьице - Уж очень я в нём хороша! Но память (вот дрянь беспардонная!) - Как будто огнём обожгла! И вспомнилось небо бездонное, И ночи сиреневой мгла. Чуть сбившийся пояс на талии, В руках - босоножки мои. И вроде - смешные баталии. А вышло - без правил бои. Прости монолог мой копеечный, Ведь он для тебя - ни о чём. Наверное, жалкое зрелище - Уткнуться в чужое плечо. Любовь я давно убаюкала - На цыпочках рядом пройди. Мне всё в этой жизни аукнулось. И ты - справедливый вердикт.
Никогда не смотри назад, Если сжёг за собой мосты, Это наш персональный ад, Где сбываются все мечты. Это мой самый страшный страх, Тот, что прямо под сердцем свит: Не сгореть на твоих кострах - Но случайно их погасить. Александр Редичкин
без письма и без имени-отчества, не сказав о своем возвращении, постучалось в окно одиночество, не спросив у меня разрешения... неприкаянным гостем непрошеным, упоённым надеждами-вихрями - ничего не вещают хорошего наши встречи под звездами тихими. исчезает и слово, и зрение. не читаются книги о вечности. разрезает меня сожаление на лоскутья моей человечности... безмятежно у ночи пророчество, и, наверное, я сумасшедшая. постучалось мое одиночество, словно тень от чего-то ушедшего... безымянными стали прохожие. ненавистными - поздние ужины. утопает угрюмо прихожая в занавесках давно не утюженных... и не спится, не пьется, не хочется... только мыслей печальные омуты. обнимает меня одиночество, раздевает в нетопленой комнате. не балУет рассказами лестными, не скрывает мои поражения. и себя...никому не известную, нахожу я в его отражении... ______ Алена Васильченко
Комментарии 5 125
Простая мелодия в воздухе тает.
И ветер уносит последний куплет.
А песня о том, что его не хватает.
Что клином сошелся на нем белый свет.
Что лето не в лето, а осень не в осень.
Что ночью не спится, а днем не светло.
Его не хватает. И холодно очень.
И дождь, как назло, барабанит в стекло.
Простая мелодия в воздухе тает.
Но несколько слов не хотят улетать.
И я повторяю: Тебя не хватает.
Тебя никогда мне не будет хватать.
заклинаю — глаза в глаза.
я пытаюсь тебя уколоть —
я желаю тебя наказать.
этот холод живет внутри.
всколыхнуло его опять.
не гляди на меня — смотри,
я едва ли могу стоять.
я молчу, и молчит мой взгляд —
еще можно? нет, поздно, поздно.
ты вернешь мне тепло назад,
но сегодня я очень мерзну.
(с) Ксения Оруджова
Ведь это повод тебя ждать;
Как синяки на коже, вечер,
Разворошенная кровать.
Не забывай у меня запах
Твоих волос и сигарет.
Я буду помнить их до завтра,
До завтра через много лет.
Copyright: Маргарита Большакова
Если день друг без друга нам – год?
И разлука опять – происшествие,
Словно выстрелом прерван полёт.
Что ж наделали мы, неразумные,
И куда забрели мы, скажи,
Если сутки в разлуке – безумие,
И тоска возле сердца кружит?
Что ж наделали мы, захмелевшие,
В нашей сказочной тайной глуши,
Если даже русалки и лешие
Стали частью единой души?
Постарайся сегодня присниться мне,
Смех мой тихий сквозь полночь услышь.
И под окнами утренней птицею
Ты со мной говоришь, говоришь.
Людмила Клёнова.
Я прячусь в холодный плед.
Возможно, тепло вернётся,
А может, уже и нет...
Закрою лицо руками
И лягу мечтами в пол...
Нельзя разглядеть глазами
Ранимой души раскол.
Как мчатся по небу птицы,
Так мчатся остатки лет.
И хочется вновь родиться,
А может, уже и нет...
Увы, ничего не ново...
Седая душа всплакнёт.
Порой убивает слово
Быстрей, чем гранатомёт.
Я стала черствей с годами
И чаще молчу в ответ.
Я вроде бы рядом с вами,
А может, уже и нет...
Я небо закрыла шторой,
Укуталась тишиной.
Всё сбудется, но не скоро
И, видимо, не со мной...
Я знаю, что всё проходит,
Наступит опять рассвет!
Ведь я оптимистка, вроде,
А может, уже и нет...
© Copyright: Ирина Самарина-Лабиринт, 2016
все мы цеплялись. за близких и время. в них ошибались и тратили зря. все мы пытались жить мудро по схеме, сахар не есть (или есть втихаря). лучшая чашка ждала нас в серванте, пили из старых, а эту - гостям. все мы копили для неких гарантий, к черному дню и дурным новостям.
все мы мечтали. тайком или громко. все рисовали победный маршрут. все убегали из дома с котомкой с хрупкой надеждой, что где-то нас ждут. все примеряли насмешки и жалость, если пришлось возвратиться назад. всем нам знакомо, как взглядами жалят, как, соболезнуя, тонко язвят.
все спотыкались. встречали преграды. все мы боялись споткнуться опять. впрочем, храбрец ведь не тот, кто не падал, смел, кто рискует еще раз начать. можно и чашку в особенный веч...Ещё| все мы ломались. сейчас или в прошлом. всех предавали, бросали и жгли. всех нас меняли на цепь или брошку, все продавались за хлеб и рубли. в каждом из нас умирали надежды, в каждом под ребрами - список имен, мы – не святое, не злое, а между, между чертями и ликом икон.
все мы цеплялись. за близких и время. в них ошибались и тратили зря. все мы пытались жить мудро по схеме, сахар не есть (или есть втихаря). лучшая чашка ждала нас в серванте, пили из старых, а эту - гостям. все мы копили для неких гарантий, к черному дню и дурным новостям.
все мы мечтали. тайком или громко. все рисовали победный маршрут. все убегали из дома с котомкой с хрупкой надеждой, что где-то нас ждут. все примеряли насмешки и жалость, если пришлось возвратиться назад. всем нам знакомо, как взглядами жалят, как, соболезнуя, тонко язвят.
все спотыкались. встречали преграды. все мы боялись споткнуться опять. впрочем, храбрец ведь не тот, кто не падал, смел, кто рискует еще раз начать. можно и чашку в особенный вечер, можно и деньги – всю жизнь под кровать, только живем мы сейчас, а не вечно, хочешь в париж, значит, стоит слетать.
много людей и желаний в анкете. много неважных и блеклых как пыль. многое мельком внушили соцсети, чье-то вранье и пустой кинофильм. Я же о том, что останется в сердце, что прорастает колосьями ржи, то, что не может к утру «расхотеться», то, что, по сути, и есть наша жизнь.
(c) Дикон Шерола / Deacon
И пятки порезать не бойся, они заживут.
Что в строчках – не главное. Главное прячется – меж…
Сегодня не веришь, что где-то по-прежнему ждут.
Скучают ещё по любимым медовым глазам.
И помнят отчётливо сладость цветочных духов…
Из трепетных чувств ты в душе нежно строила Храм.
Таких единицы, кто знает, что значит любовь.
Танцуй на обрывках случайно ужаливших фраз.
И плачь на закате, чтоб снова, встречая рассвет,
Кристальная нежность блеснула надеждой из глаз,
И ты от мечты отогнала «Не верю» и «Нет».
Расходятся часто, гордыни корону надев
На разум холодный, и сердце разбив на куски.
Где счастье – куплет, там любовь, несомненно, припев.
А вот без неё можно просто завыть от тоски.
Танцуй на развалинах горьких вчерашних обид.
И сердце родное прощай, сколько будешь дышать.
Всё то, что живое – волнуется, любит, болит.
А что отболело – не стоит уже воскрешать…
© Copyright: Ирина Самарина-Лабиринт, 2023
Ты независим, а я зависима.
Были же принципы – в воду канули...
Плюс тебе в список, и минус в карму нам.
Нет, мне не стыдно, скажу по-честному:
Я над моралью смеюсь общественной.
Выбор один лишь не унизителен –
Если уж спать с кем, то с победителем.
Мила Позняковская
Не знала, что зависть близких людей убивает.
Ты так поверил, что выпил меня до донца,
Отправил в темницу. (Больше она не сияет!)
Закрыл и спрятал от всех в свой тайный чуланчик.
Оставил канву мне на пяльцах и веру в чудо.
Положил ключ от темницы в грудной карманчик,
Забыл об мне, увлёкшись вином или блудом.
Ждала смиренно. Колола иголкой пальцы,
Слезами своими нити покорно скрепляла.
Верила в чудо для добровольной страдальцы,
За вышивкой божьей иконы всю боль забывала.
Молилась. Просила счастья, здоровья, силы.
Тебя простила. И себя за любовь слепую.
В любви и счастье живи без меня, мой милый!
(О, Боже! Как же я сейчас без него тоскую!)
Почти дотлела... Остался один лишь уголь,
В нём божья святая искра любви горела.
Он ярко вспыхнул, и стала тесна округа,
А на востоке заря для меня заалела.
И лучик солнца, сквозь узенькое оконце,
Мне путь указал из темницы к добру и свету.
И пусть там нет манящего звона червонцев,
Иду на свет! Я выбираю дорогу ...ЕщёБыла счастливой. Летала во сне до солнца.
Не знала, что зависть близких людей убивает.
Ты так поверил, что выпил меня до донца,
Отправил в темницу. (Больше она не сияет!)
Закрыл и спрятал от всех в свой тайный чуланчик.
Оставил канву мне на пяльцах и веру в чудо.
Положил ключ от темницы в грудной карманчик,
Забыл об мне, увлёкшись вином или блудом.
Ждала смиренно. Колола иголкой пальцы,
Слезами своими нити покорно скрепляла.
Верила в чудо для добровольной страдальцы,
За вышивкой божьей иконы всю боль забывала.
Молилась. Просила счастья, здоровья, силы.
Тебя простила. И себя за любовь слепую.
В любви и счастье живи без меня, мой милый!
(О, Боже! Как же я сейчас без него тоскую!)
Почти дотлела... Остался один лишь уголь,
В нём божья святая искра любви горела.
Он ярко вспыхнул, и стала тесна округа,
А на востоке заря для меня заалела.
И лучик солнца, сквозь узенькое оконце,
Мне путь указал из темницы к добру и свету.
И пусть там нет манящего звона червонцев,
Иду на свет! Я выбираю дорогу эту.
Сбежав из твоей темницы по лучику солнца,
(Увы, мой друг, с саламандрами так бывает!)
Сама с улыбкой кручу судьбы веретёнце,
Ангел-хранитель над ним два крыла расправляет.
© Copyright: Северин Ка, 2021
Свидетельство о публикации №121050708091
не домечтала.
не дострадала-не смогла.
не дожелала.
и замаячил в пустоте твой взгляд влюблённый.
твоё чуть слышное "прости"-как в лоб контрольный.
твой силуэт в входной двери,
огонь камина...
тянулись руки, чтоб обнять,
но только мимо.
тянулось время словно мёд /необратимо/
и утекало.
наше время уходило...
и уходил ты от меня,
чтоб спать с другою
пока я пачкала паркет своей слюною,
пока я грызла, как стекло, свои обиды
ты шёл спокойно по мечтам тобой разбитым...
наедине сама с собой на боле битвы.
ну вот и всё.
окончен бал.
пускайте титры.
а после плакать по ночам, дышать в мобильный
и умирать. и вспоминать в тоске могильной
твою способность невзначай менять аккорды,
твой нрав упрямого юнца с усмешкой гордой,
непостоянное твоё, мою-константу,
такую жаркую ладонь под узким платьем,
твою придуманную ложь наркозом в вену,
твою любовь.
и нелюбовь.
твою измену.
и нежность губ.
и грубость рук.
вдвоём закаты.
и слишком долгую игру.
и боль утраты.
поллитра виски....Ещёне дошептала я тебя.
не домечтала.
не дострадала-не смогла.
не дожелала.
и замаячил в пустоте твой взгляд влюблённый.
твоё чуть слышное "прости"-как в лоб контрольный.
твой силуэт в входной двери,
огонь камина...
тянулись руки, чтоб обнять,
но только мимо.
тянулось время словно мёд /необратимо/
и утекало.
наше время уходило...
и уходил ты от меня,
чтоб спать с другою
пока я пачкала паркет своей слюною,
пока я грызла, как стекло, свои обиды
ты шёл спокойно по мечтам тобой разбитым...
наедине сама с собой на боле битвы.
ну вот и всё.
окончен бал.
пускайте титры.
а после плакать по ночам, дышать в мобильный
и умирать. и вспоминать в тоске могильной
твою способность невзначай менять аккорды,
твой нрав упрямого юнца с усмешкой гордой,
непостоянное твоё, мою-константу,
такую жаркую ладонь под узким платьем,
твою придуманную ложь наркозом в вену,
твою любовь.
и нелюбовь.
твою измену.
и нежность губ.
и грубость рук.
вдвоём закаты.
и слишком долгую игру.
и боль утраты.
поллитра виски. полночь. дождь.
огни по встречной.
конечно, время лечит, но
но память вечна.
Милена Кафанова
За ту боль, былые потери,
Это слишком похоже на правду,
Знаешь, я хочу ему верить.
Он не врач, лечит словом и взглядом
И умеет вызвать улыбку,
Он сказал: «Я всегда буду рядом»
В этом мире пустом и зыбком.
Он не ищет для встречи причину,
Плачу, слезы мне вытирает,
Я такого не знаю мужчину
Он без слов меня понимает.
И так смотрит, что кажется в душу,
Глубину его чувств не измерить,
Он сказал:"Буду ждать сколько нужно",
Знаешь, я хочу ему верить.
Он не просит, берет мою руку
Даже, если я вырываю,
Говорит, что станет мне другом,
Улыбается, я то знаю.
Он меня ни за что не обидит
На любые пойдет уступки,
Есть на небе Господь, он все видит
И дает за наши поступки.
Ранит тот, кто лишь боли не знает,
Вот скажи, почему так в любви?!
Кто-то крылья беспечно ломает,
А другой отдает нам свои…
© Виктория Нахимова
Так звучала моя аксиома.
Лучше ложь, лучше боль расставания,
Но не эта глухая кома…
В ожидании — страх неизвестности.
И разорваны в клочья нервы:
Застреваешь, как в дикой местности,
И последние тратишь резервы.
И всё ждёшь, может даже бессмысленно…
Только знает любой невежда,
А теперь вот и я осмыслила:
Ожидание — это надежда!
И пускай ждать чего-то тягостно
И порою так опрометчиво…
Только пусто тебе и безрадостно,
Когда понял, что ждать больше нечего.
Ведь она умирает последней,
Когда всё остальное лживо…
Про любовь и про веру — бредни!
Коль надежда есть — значит, мы живы.
А потом всё как будто рушится,
И повсюду расставлены точки.
Ты поймёшь, если к мыслям прислушаться:
Ты мертвец. Ты теперь оболочка.
Равнодушие и безразличие —
Вот и всё, что тебе остаётся.
Но снаружи не видно отличия:
И мертвец иногда смеется…
____________________________
Я вчера её схоронила —
Ту, в которую верила прежде.
Аксиома, однако, прогнила:
Главный страх — потерять надежду…
Во...ЕщёНичего нет страшней ожидания —
Так звучала моя аксиома.
Лучше ложь, лучше боль расставания,
Но не эта глухая кома…
В ожидании — страх неизвестности.
И разорваны в клочья нервы:
Застреваешь, как в дикой местности,
И последние тратишь резервы.
И всё ждёшь, может даже бессмысленно…
Только знает любой невежда,
А теперь вот и я осмыслила:
Ожидание — это надежда!
И пускай ждать чего-то тягостно
И порою так опрометчиво…
Только пусто тебе и безрадостно,
Когда понял, что ждать больше нечего.
Ведь она умирает последней,
Когда всё остальное лживо…
Про любовь и про веру — бредни!
Коль надежда есть — значит, мы живы.
А потом всё как будто рушится,
И повсюду расставлены точки.
Ты поймёшь, если к мыслям прислушаться:
Ты мертвец. Ты теперь оболочка.
Равнодушие и безразличие —
Вот и всё, что тебе остаётся.
Но снаружи не видно отличия:
И мертвец иногда смеется…
____________________________
Я вчера её схоронила —
Ту, в которую верила прежде.
Аксиома, однако, прогнила:
Главный страх — потерять надежду…
Вот могила без всяких икон.
Вот и мой наступил конец.
У таких, как я нет имён.
Лишь названье — живой мертвец.
© Ольга Холодная
Ты сам когда-то сказал тебя больше не ждать.
Мы же с тобой ни судьбой, ни другим обязательством
Не были связаны. Незачем и вспоминать.
Но вот спустя ровно год ты звонишь поздним вечером,
И тишину разрезает твой голос опять.
Мы не друзья. Обсуждать нам давно с тобой нечего.
Что же заставило номер мой снова набрать?
Может тебя пробирает ноябрьским холодом?
Тело продрогло, душа начала замерзать...
Или тоска по минувшему стала вдруг поводом
Вновь мой нарушить покой и заставить дрожать?
Может от скуки, а может немного "под градусом"...
До бесконечности можно сидеть и гадать.
Может всё проще? Ты просто ошибся адресом,
Но не позволила вежливость это признать.
Только за год я успела смириться со статусом,
Взвесить всё тщательно, что-то забыть и принять.
И, пока ты бороздил океаны под парусом,
Я на ногах научилась покрепче стоять.
Но твой звонок... И порядок вновь сделался хаосом.
Мысли несутся прочь так, что уже не догнать.
Сердце, уймис...ЕщёКто кого предал? И было ли это предательством?
Ты сам когда-то сказал тебя больше не ждать.
Мы же с тобой ни судьбой, ни другим обязательством
Не были связаны. Незачем и вспоминать.
Но вот спустя ровно год ты звонишь поздним вечером,
И тишину разрезает твой голос опять.
Мы не друзья. Обсуждать нам давно с тобой нечего.
Что же заставило номер мой снова набрать?
Может тебя пробирает ноябрьским холодом?
Тело продрогло, душа начала замерзать...
Или тоска по минувшему стала вдруг поводом
Вновь мой нарушить покой и заставить дрожать?
Может от скуки, а может немного "под градусом"...
До бесконечности можно сидеть и гадать.
Может всё проще? Ты просто ошибся адресом,
Но не позволила вежливость это признать.
Только за год я успела смириться со статусом,
Взвесить всё тщательно, что-то забыть и принять.
И, пока ты бороздил океаны под парусом,
Я на ногах научилась покрепче стоять.
Но твой звонок... И порядок вновь сделался хаосом.
Мысли несутся прочь так, что уже не догнать.
Сердце, уймись! Ты должно с этим справиться казусом!
Разум, на помощь! Мне надо с собой совладать.
____________________________________________
Речь заготовлена. Паники нет в моём голосе.
Твёрдое "нет". Я прощаюсь. Ты просишь писать...
Но так нежданно ломается стрелка на компасе,
И я, похоже, уже начинаю скучать...
Ольга Холодная /2014/
Что живёшь и с тобой всё в порядке.
Я не стану в судьбу твою лезть,
Досаждать, наступая на пятки.
С кем проводишь ты дни напролёт,
Ночи с кем коротаешь - неважно,
Лишь берёг бы твой дальний полёт
Ангел, рядом парящий, отважно.
Я за счастье твоё помолюсь,
Не со мной даже если, но всё же -
Пред иконой святой преклонюсь...
На любовь это очень похоже...
Пусть преград между нами не счесть
Ведь, у жизни свои распорядки,
Мне достаточно знать, что ты - есть,
Что живёшь и с тобой всё в порядке...
Елена Бычкова
Но осталось нетронутым в них твоё имя.
Были.
Ты помнишь, были
Из любви и тепла
Два роскошных крыла!
Кто сейчас в море нежности рядом с тобой.
Те же эльфы вам дарят мечты и рассветы?
Ветер.
Холодный ветер
Остудил мою боль.
В сердце только любовь.
Ты стоишь у окна я дождём по стеклу
Растекаюсь в твоём отрешённом молчаньи.
Тайно.
Без обещаний
Я коснусь твоих рук,
Отдаваясь теплу.
Леди Натали.
От всяких там "должна/спешу/могу..."
Спасенье мира отложив на час,
Счастливой буду именно сейчас.
С тобой за руку мимо суеты,
По парку, где рождаются цветы,
Не для того, чтоб мир завоевать,
А чтоб во благо всем благоухать.
А можно, я сегодня отдохну
От комплексов вины и от табу,
Что строим часто сами в голове,
Своим мечтам сказав "прощай навек!"
С тобой смотреть на розовый закат,
И хохотать, как в детстве, невпопад...
И целоваться под аккорд дождя.
Грустить, не пряча слёзы, уходя...
А можно, я сегодня отдохну
От страхов, что нельзя с пути свернуть.
И счастье зачерпну своей душой
От мысли, что ты есть, любимый мой!
А за плечами очень много лет,
Когда могли сказать друг другу "Нет!",
Обиды ставя во главе души.
Ты – счастья мой беспроводной режим!
© Copyright: Ирина Самарина-Лабиринт, 2024
Ты только пойми меня правильно:
Не злись, не ругайся, прошу!
Я этой любовью оправдана -
Ей верой и правдой служу.
Полсердца осталось и мается
И бьётся вполсилы давно.
А мне бы - забыть и раскаяться,
И в новом сниматься кино.
Таких "потеряшек во времени"
Жалеет и милует Бог -
Любовью ударив по темени,
И выстрелив болью в висок.
Окно заколочено досками
В тот мир, где мы были тогда.
Давно стали чувства обносками:
Меж нами - года, города.
А я говорю с тобой. Можно ведь?
Ну кто мне теперь запретит.
Моё послевкусие ложное!
Дурацкий мой аперитив!
А слёзы ,да пусть себе катятся:
Всё ж легче - и жить, и дышать.
Хотела надеть это платьице -
Уж очень я в нём хороша!
Но память (вот дрянь беспардонная!) -
Как будто огнём обожгл...Ещё
Ты только пойми меня правильно:
Не злись, не ругайся, прошу!
Я этой любовью оправдана -
Ей верой и правдой служу.
Полсердца осталось и мается
И бьётся вполсилы давно.
А мне бы - забыть и раскаяться,
И в новом сниматься кино.
Таких "потеряшек во времени"
Жалеет и милует Бог -
Любовью ударив по темени,
И выстрелив болью в висок.
Окно заколочено досками
В тот мир, где мы были тогда.
Давно стали чувства обносками:
Меж нами - года, города.
А я говорю с тобой. Можно ведь?
Ну кто мне теперь запретит.
Моё послевкусие ложное!
Дурацкий мой аперитив!
А слёзы ,да пусть себе катятся:
Всё ж легче - и жить, и дышать.
Хотела надеть это платьице -
Уж очень я в нём хороша!
Но память (вот дрянь беспардонная!) -
Как будто огнём обожгла!
И вспомнилось небо бездонное,
И ночи сиреневой мгла.
Чуть сбившийся пояс на талии,
В руках - босоножки мои.
И вроде - смешные баталии.
А вышло - без правил бои.
Прости монолог мой копеечный,
Ведь он для тебя - ни о чём.
Наверное, жалкое зрелище -
Уткнуться в чужое плечо.
Любовь я давно убаюкала -
На цыпочках рядом пройди.
Мне всё в этой жизни аукнулось.
И ты - справедливый вердикт.
Если сжёг за собой мосты,
Это наш персональный ад,
Где сбываются все мечты.
Это мой самый страшный страх,
Тот, что прямо под сердцем свит:
Не сгореть на твоих кострах -
Но случайно их погасить.
Александр Редичкин
не сказав о своем возвращении,
постучалось в окно одиночество,
не спросив у меня разрешения...
неприкаянным гостем непрошеным,
упоённым надеждами-вихрями -
ничего не вещают хорошего
наши встречи под звездами тихими.
исчезает и слово, и зрение.
не читаются книги о вечности.
разрезает меня сожаление
на лоскутья моей человечности...
безмятежно у ночи пророчество,
и, наверное, я сумасшедшая.
постучалось мое одиночество,
словно тень от чего-то ушедшего...
безымянными стали прохожие.
ненавистными - поздние ужины.
утопает угрюмо прихожая
в занавесках давно не утюженных...
и не спится, не пьется, не хочется...
только мыслей печальные омуты.
обнимает меня одиночество,
раздевает в нетопленой комнате.
не балУет рассказами лестными,
не скрывает мои поражения.
и себя...никому не известную,
нахожу я в его отражении...
______
Алена Васильченко