Мария Королёва (Чугрова) поделилась здесь воспоминаниями о нашей родной Буяновке.

Материал представила
Ольга Волгина (Тарада).
г. Томск - д. Буяновка.
"Чужое небо и чужие страны радуют нас только на очень короткое время, несмотря на всю свою красоту. В конце концов придет пора, когда одинокая ромашка на краю дороги к отчему дому покажется нам милее звездного неба над великим океаном и крик соседского петуха прозвучит, как голос родины, зовущей нас обратно в свои поля и леса, покрытые туманом".
К.Г. Паустовский.
Отчий дом. Заросшая дорога. Пустеющая деревня... И только летом наполняется она жизнью, радостью, приезжающими в соскучившиеся за зиму дома родными людьми. Едут, скучают, помнят! Значит, еще поживем...
И чем неотвратимее исход (по всей России потихоньку вымирают, пустеют, исчезают с карт деревни и села), тем сильнее хочется сохранить то, что было, что еще осталось, что живет и теплится. Сохранить хотя бы в редких поездках. В фотографиях. В воспоминаниях.
К счастью, есть люди, которые откликаются и помогают сохранить память о нашей Буяновке, ее жителях, ее прошлой и настоящей жизни. Их мало, но они есть.
Мы живем в ожидании книги о Буяновке. Не только ждем, но несколько активных членов группы собирают материалы, воспоминания, фото.
Ниже я приведу рассказ - воспоминание о Буяновке Марии Королевой (Чугровой). Маша родилась в Буяновке, здесь же родились и выросли несколько поколений ее семьи. И, надо отдать должное, живут до сих пор! Волгины - Громовы - Королевы, спасибо за память, за неравнодушие, за этот рассказ!
Меня зовут Королёва Маша, я родилась в маленьком уголке Краснооктябрьского района Нижегородской области – в деревне Буяновка.
Мой папа Королёв Евгений Викторович. Сейчас он работает на пожарной части села Александрово, открытие которой он когда-то инициировал в случайном разговоре с пожарным инспектором. Инспектор этот приезжал тогда на очередную проверку сельской школы, и как-то слово за слово родилась такая идея.
До пожарной папа работал всю жизнь в сельском хозяйстве – в колхозе, потом в найме у сельских предпринимателей. Был механизатором, трактористом, комбайнёром, бригадиром. С теплом вспоминает он благодатные годы колхозов и совхозов. Говорит, одно время даже два колхоза было в Буяновке. Потом объединились в один. Было много полей, большая ферма. Колхоз давал работу всем жителям деревни. Женщины – доярки, телятницы. Мужчины – трактористы, машинисты, водители.
Смутно вспоминаются мне колосистые поля пшеницы, ржи, ячменя и даже кукурузы. Всё вокруг было засеяно – стадо коров приходилось далеко гонять на гору в сторону Кечасова, чтоб посевы не попортили. Еще лет 30 назад стадо было большое, в каждом доме по корове, а то и по две.
В эпоху приватизации колхоз переоформили в ООО «Буяновское», земельные паи распределили между жителями деревни. Ферма держалась, поля обрабатывались своими силами и остатками былой советской роскоши – несколькими тракторами, старенькими комбайнами. Был и молоковоз, на котором я даже успела покататься – ездила на нём несколько раз с подружками до села Салганы в школу.
Но недолго просуществовало это ООО. На район налетела напасть под названием «агрохолдинг», во главе которого стоял небезызвестный предприниматель татарского происхождения.
Лирическое отступление. Район наш в основном состоит из татарских сёл, на сегодняшний день (2026 год) во всём районе осталась 1 русскоязычная средняя школа. Поэтому с малых лет я была знакома представителями татарской нации. Это открыло для меня важную мудрость: не бывает плохих / хороших наций и народов; хорошие и плохие люди встречаются в любом народе. Наши татары, их язык, песни, национальные праздники-фестивали – часть моих приятных детских воспоминаний. Я не знаю ни слова по-татарски, их речь для меня как музыка – приятная, ностальгическая. Наш район – хороший пример добрососедства и взаимного уважения культур и традиций разных наций.
Так вот, «агрохолдинг» предложил собственникам земель буяновских сдать их поля и овраги в долгосрочную аренду. Взамен обещал небольшую долю урожая с полей, фирменные кондитерские изделия и оплату всех земельных налогов. Выгодное дело! И в первые годы так оно и было.
Но прошло время, и договор аренды «магическим образом» превратился в документ о передаче земель в собственность предпринимателю. Как я потом узнала у своего университетского преподавателя экономики, такая мошенническая схема прокатилась по всей стране. Многие сельские жители, бывшие колхозники, остались без своей земли.
Обогатился ли за этот счет предприниматель? Кто знает. Только поля уже давно заросли бурьяном, кустарниками, молодыми берёзками.
***
Моя мама Королёва Надежда Николаевна. Сейчас она работает учителем истории в Салганской средней школе. С 1989 по 2005 года она была единственным учителем всех начальных классов Буяновской сельской начальной школы. К слову сказать, мама из династии учителей. Мамина мама – Кузмина Валентина Алексеевна – всю свою жизнь проработала в Маресевской средней школе, а её дед (мамин прадед) Лука ещё до революции был выслан из Санкт-Петербурга в Лукояновкий район, где занимался просвещением крестьянских детей.
Маленькая избушка, отведенная под школу, сначала находилась на краю деревни, слева от Памятника героям ВОВ. Когда-то в ней жила Крайнова Анна.
В одном пространстве размещались парты – три штуки, учительский стол, столик для завтраков. Отапливалась школа подтопком. Все классы учились вместе: на ближайшей к школьной доске парте сидели первоклассники, на дальней – третьеклассники. Детей было немного, поэтому маме хватало времени и внимания для каждого. Иногда она брала меня маленькую с собой, я сидела тихонько в уголке, рисовала и слушала. И мечтала – когда же я наконец займу эту блестящую, свежевыкрашенную деревянную парту.
Потом здание пришло в негодность, хозяева (Александра Крайнова) его разобрали на дрова.
Остро встала проблема места под школу. Какое-то время сдали одну комнату под школу семья Серафимы Григорьевны и Бориса Гавриловича Волгиных – наши дальние родственники (Серафима была родной сестрой моего деда Королёва Виктора Григорьевича).
Потом несколько лет школа располагалась в избе, когда -то принадлежавшей Тарасовой Марии. Но при очередной проверке инспекторы признали здание непригодным для школы, по техническим и противопожарным требованиям. Тогда был приобретен дом по соседству. Когда-то там жили Клавдия и Александр Морозовы, бабушка и дедушка моей городской подруги детства Светы. Этот дом прослужил великому делу просвещения детей вплоть до сокращения в 2005 году.
После сокращения буяновские дети были переведены в Салганскую школу. Теперь пришлось ездить и жить в пришкольном интернате с первого класса.
Я училась в Салганской школе с пятого класса. Первую и четвёртую четверть нас возил автобус, когда районная администрация выделяла бензин. Когда не на чем было возить, ездили на попутках – молоковозе, междугородних газелях п.г.т. Гагино, которые проезжали мимо Салган и поворота на Буяновку. Иногда ходили пешком.
Надо сказать, что несколько раз в период особого бензинового кризиса родители ездили к предпринимателю «агрохолдинга» того самого и просили помочь. Предприниматель шел навстречу – выделял по нескольку бочек бензина. За что родители и мы были очень благодарны.
Вторую и третью четверть буяновские школьники вместе с фёдоровскими, александровскими и маресевскими проживали в пришкольном интернате. Домой возили по средам и субботам. Каждый по-разному переживал такие вынужденные неудобства. Мне было весело играть и общаться со старшими ребятами, нянечками и воспитателями, подруга моя из Федоровки всегда очень скучала по дому и грустила.
Четыре года я в таком режиме училась. Потом «бензиновый» кризис прошел, школе и администрации района стало выгоднее возить детей каждый день в школу и домой, чем содержать интернат, кормить нас, платить зарплату воспитателям. На школы начали выделять транспорт и бензин. И по сей день жёлтенький автобус с надписью ДЕТИ каждое утро приезжает за детьми и учителями. Только на Фёдоровку уже не ездит – не за кем заезжать…
***
Бабушка моя – Зоя Васильевна Королёва, в девичестве Волгина. Часто говорила нам – её маленьким внукам – «Громовы – наша фамилия». Я не понимала, как так. А потом узнала, что это девичья фамилия её матери, Прасковьи Ефимовны, рано умершей в родах. Бабушка была маленькой, когда её мамы не стало, мало что помнила, наверное. Но так, через фамилию, она старалась передать нам память о дорогом и так рано ушедшем человеке.
Мы часто приходили к ней. Бабушка жила одна. Рано овдовела. Муж её, Королёв Виктор Григорьевич, уроженец села Фёдоровка. Помню я его мало: ходил по ночам сторожить в колхоз, катался на велосипеде в соседнюю деревню к родственникам, меня на раме возил, стадо коров мы с ним пасли в нашу очередь, ходили на рыбалку, если я встану так же рано, как он.
Когда бабушка осталась одна, мы часто её навещали, иногда с ночёвкой. Как могли помогали по дому, играли в сенях, перебирали старые фотографии и коллекцию пуговиц. Или висели на ветках черёмухи, что раскинулась за её домом. Заберёшься повыше, и можно увидеть не только соседнюю Федоровку, но и деревни дальше.
Вокруг черёмухи располагался бабушкин огород: картошка, свёкла, тыква. Дальше – конопляник, на котором росла люцерна. Её в июле скашивали, сушили и стоговали. Говорят, раньше на этих «задах» стояла ветряная мельница, куда свозили молоть зерно со всей деревни. Во времена моего детства (конец 90-х) мельница уже была электрической и располагалась на въезде в деревню.
Перед пенсией бабушка работала продавцом в магазине. А раньше, как она рассказывала, на колхозной заправке и на других колхозных должностях. У нее было среднее профессиональное образование.
У бабушки две сестры и брат. И все они получили образование. Несмотря на тяготы жизни – голод, неполная семья. Отец их, Василий Андреевич, после смерти жены один растил и воспитывал детей, больше не женился. Наверное, помогали бабушки и другие родственники, но основная нагрузка всё равно на плечах отца.
***
Родители мои живут в перестроенном здании бывшей колхозной столовой. Их дом на две семьи из белого кирпича видно уже у поворота с трассы. Вторая семья – сын Любови и Бориса Беловых Владимир с женой Верой.
Это сейчас каждому дому присвоен адрес, улица дом. А раньше были «этот» и «тот» порядок – по разным сторонам оврага. Того оврага, который, по всей видимости, когда-то лет 200 назад был рекой. Да еще «Болгария» - по левой стороне от полевой дороги на Фёдоровку.
Мы с подружкой всё по «этому порядку» гуляли и катались на велосипедах. Поворачиваешь налево, справа в низинке избушка тёти Мори (Марии Тарасовой, что потом школой стала не на долго). Слева – позаброшенный домик дяди Вани Бодрова, чуть дальше – изба Громова Василия Ефимовича, проданная под жилье сыну Евгения и Валентины Лапшиных – Николаю.
О Василии Ефимовиче мы наслышаны. Папа часто вспоминает коронные фразы и крылатые выражения. Особо ушла в народ его фраза «по шатырнадцать грамм».
Дальше, через нежилой дом, – дом тёти Мани Богатёнковой с мужем. Всегда она с подружками-старушками на лавочке под окошками сидела да нам – детям радовалась. Своих детей у них с мужем не было.
Напротив – дом Морозовых Александра и Клавдии. Сына и дочь вырастили, выучили. В городе они устроились. Внуки каждое лето жили с ними, помогали. Три внука старшие – незаменимые помощники на огороде, на сене, на выпасе стада. И младшая внучка от них не отставала. Городская, а корову доить раньше меня научилась.
Дальше дорога расходится надвое. Направо –под горку и к памятнику. По этому маршруту ежедневно ходили мы встречать коров из стада. Налево – через ещё один домик (на моей памяти жила там семья сына Владимира Голованова – Николая и Алёны; жили они недолго – переехали в более перспективное село Александрово) – уже и дом бабушки Зои. Перед домом – огород в загородке. За домом открытый огород картошки, свёклы, тыквы. И справа от дороги – еще один огород картошки. Всё это теперь заросло крапивой, репейниками и другими сорными травами.
Замыкает порядок изба Богатёнковых Валентина и Таисии. После их смерти в этом доме жили дочь Галина с семьей – мужем Александром, дочерью Анной и внучкой Настей. Совсем недавно Галина с внучкой переехали в с. Салганы, Анна уехала на заработки в г. Нижний Новгород. Нужда и деревенская безработица всю молодёжь повыгоняла из Буяновки в города.
И если посмотреть чуть правее и вдаль, за прудом в зарослях деревьев у подножия ягодного холма можно разглядеть еще один дом. Жила там когда-то Александра Крайнова с внуком Евгением.
На том порядке, за оврагом – дома семьи Анастасии Беловой с детьми и внуками, заброшенная избушка Лапшиных, два пустых дома, стоящие напротив друг друга, Елисеевых матери Валентины и дочери Анны.
Дальше у дороги дом председателя Вячеслава Крайнова, рядом с ним изба его родителей. Приезжает в неё из города его брат Валерий – заядлый бортник и рыболов. Снабжает односельчан отборным мёдом и даже возит его на ярмарки в г. Нижний Новгород. Излишками богатого улова тоже делится с друзьями и соседями.
Рыбку в Буяновке есть где половить. Два пруда на въезде в деревню, пруд у старого магазина. Запрудили и овраг. Теперь там много маленьких карасей. Два небольших пруда есть и рядом с ягодным холмом. Рыба – караси, ротаны, верхоплавки. Окуни перевелись. Щук, бывает, запускают на прокорм, потом отлавливают.
Население «Болгарии» знаю я плохо, нечасто мы ездили в ту сторону. Сейчас туда приезжают только на лето. Гусева Валентина возвращается в свой дом в конце весны и уезжает зимовать в город осенью. В доме отца Волгина Бориса Гавриловича проводит лето Абрамова (Волгина) Мария. Дом матери Сухановой Евгении навещает сын Александр. В избу бабушки Серафимы Мешаниной изредка наведывается внук Алексей Лебедев.
Чем живёт современная Буяновка? Пенсией, подсобным хозяйством, огородами, рыбалкой, собирательством. Коров на всю деревню осталось две. На мясо выращивают поросят, держат кур, коз. Сено косят централизовано тракторами, которые то и дело выходят из строя. Но золотые руки механизаторов вновь возвращают их в строй. Луговой травы вдоволь – только коси. Есть тракторные грабли и пресс для сбора сена– не нужно переворачивать сено руками и стоговать.
Пашут землю под картошку тоже централизовано. Так всем миром потихоньку справляются.
В лугах ближе к середине лета вызревает много клубники, которая собирается и идет на варенья, компоты, а то и в пироги. Осенью грибы в округе появляются.
Зимой жилых домов остаётся не более десяти. Весной из городов приезжают дачники. В основном, это внуки и правнуки жителей Буяновки.
Два раза в неделю приезжает из Александрова продавщица с товарами первой необходимости и свежим хлебом.
Летом здесь хорошо, тихо, спокойно. Наперебой поют птицы, кукушка кричит на всю деревню. В округе обитают зайцы, лисы, начали появляться кабаны. А тут на днях даже лось по деревне пробегал.
Вот такой наш заповедный уголок – деревня Буяновка.