Кириллица

Устье реки Амур. Суровый край, где даже летом прохлада с океана стынет в лёгких. Казалось бы, что может быть общего у этих земель с солнечной Македонией, с античными фалангами и слонами? Оказывается, прямые пересечения есть. И если верить старинной русской карте, великий полководец древности не только бывал на Дальнем Востоке, но и разбивал там свой стан. Как так вышло? В конце XVII века боярский сын Семен Ремезов, сибирский Да Винчи, завершил свой главный труд — "Большой чертеж Сибири". Карта, созданная в 1698 году, до сих пор хранящаяся в Санкт-Петербурге, поражает своей детализацией. На ней дотошно вычерчены все сибирские реки, волоки и дороги, по которым передвигались первопроходцы. Этой картой пользовались ещё советские туристы-байдарочники, сверяя с ней свои маршруты. Но есть на "Большом чертеже" деталь, которая ставит в тупик любого современного историка. В самом устье Амура, на краю известного мира, рукой Ремезова выведено: «До сего места Александр Македонский доходил, ружьё с

Есть в российской истории один эпизод, который до сих пор вызывает споры. В самом начале 1920-х годов большевики взяли и передали Донбасс Украинской ССР. Индустриальное сердце империи, главная кузница угля и металла, регион, где исторически преобладало русскоязычное население, вдруг оказался в другой республике. Ключевую роль в этом сыграл Иосиф Сталин. Но сначала была альтернатива. В первые месяцы 1920 года вопрос о судьбе Донбасса висел в воздухе. Красная армия только что выбила деникинцев, разрушенный войной регион лежал в руинах. Местное руководство во главе с председателем Донецкого ревкома Владимиром Антоновым-Саратовским настаивало: Донецкая губерния должна войти в состав РСФСР. Изначально эту позицию поддерживал и Ленин. 16 марта 1920 года на заседании Совнаркома было решено, что губерния остается за Россией. Но уже в апреле давление украинских руководителей Христиана Раковского и Григория Петровского перевесило. Ленин поменял решение. Почему же Сталин, занимавший тогда пост н

Медведь для народов, живущих бок о бок с тайгой, всегда был больше, чем просто зверь. Он воспринимался как могущественный хозяин леса, сверхъестественное существо, мифологический предок людей. Неудивительно, что его мясо стало жестким пищевым табу, причем этот запрет независимо друг от друга соблюдали как коренные сибирские народы, так и русские переселенцы. В чем же здесь дело? Первая и главная причина — поразительная антропоморфность медведя. Русские этнографы отмечали: освежеванная туша животного своей анатомией шокировала охотников. Лапы, похожие на человеческие руки с пятью пальцами, общее телосложение, а главное — наличие у медведицы молочных желез, как у женщины. У якутов есть предания: во время свежевания под шкурой медведя находят то кожаный мужской пояс, то серебряные женские украшения — кольца на пальцах, браслеты на лапах. Охотники говорили, что освежеванный медведь похож на женщину. Сибирские татары объясняли отказ от медвежьего мяса так: «Если с убитого медведя снять шку

Обычно историю распада Древнерусского государства отсчитывают от смерти великого князя Киевского Ярослава Мудрого в 1054 году. Звучит логично: мудрый правитель умер, и сразу началась смута. Однако неприятная правда в том, что центробежные силы начали действовать еще при жизни Владимира-Крестителя. Его собственный сын Ярослав, которого потом назовут Мудрым, отказывался платить отцу дань, а затем вступил в междоусобную войну с братом Святополком Окаянным. Распри между двенадцатью сыновьями Владимира привели к тому, что в живых остались только Ярослав и Мстислав. Так что корень проблемы — не в конкретной дате, а в самом принципе наследования. Трещины в фундаменте появились задолго до того, как здание окончательно рухнуло. «Лествица», которая запуталась сама в себе Формально власть в Киевской Руси передавалась по так называемому «лествичному» праву — своего рода родовой очереди: престол наследовал не сын, а старший в роду. Каждый князь должен был передвигаться по этой лестнице, сменяя дру

Представьте картину: где-то в Северной Италии, 1799 год. Две армии готовятся к броску. С одной стороны — летящие в штыковую егеря и чудо-богатыри старого фельдмаршала. С другой — ощетинившаяся артиллерией истрепанная, но закаленная в битвах пехота «маленького капрала». Судьба распорядилась так, что Александр Суворов и Наполеон Бонапарт так и не встретились лицом к лицу. Последний воевал в тот год в далеком Египте, забирая Мальту и гоняясь за пирамидами. А русский полководец в это время за четыре месяца ликвидировал плоды итальянских завоеваний французов, уничтожая одну армию Директории за другой. Вопрос о том, кто бы взял верх в этой гипотетической дуэли, мучает военных историков вот уже два века. Давайте рискнем заглянуть в альтернативную реальность. Любопытная деталь: несмотря на разницу в возрасте (Суворов был старше на 39 лет), мышление у них работало поразительно одинаково. Оба ненавидели позиционную войну на истощение. Ни тот ни другой знать не знали обороны. В той или иной форм

Личность Григория Распутина до сих пор вызывает споры — кто он, шарлатан или пророк, получивший дар свыше. Но есть один факт, который признают даже скептики: за несколько десятилетий до трагедии он сказал слова, которые эхом отозвались в самой страшной странице истории Ленинграда. Причем предсказал не просто события, а буквально все ключевые даты. Ближайшая наперсница императрицы, фрейлина Анна Вырубова, оставила воспоминания, где описана сцена в Царском Селе. Сибирский старец вдруг резко повернулся к ней и закричал: «Знаю, знаю! Окружат Петербург, голодом морить будут! Господи, сколько людей умрет, и все из-за этой немчуры! А хлеба-то — хлеба на ладошке не разглядишь! Вот и смерть в городе». Испуганная фрейлина спросила, когда же это случится. Распутин ответил недвусмысленно: «От моей смерти — год 25-й». Проверим арифметику: старца убили в декабре 1916-го. Прибавляем 25 лет — получается 1941-й. Именно в том году 8 сентября кольцо блокады сомкнулось вокруг Ленинграда. Совпадение? Выру

Против кремации в православии нет прямого юридического запрета. При этом большинство священников смотрят на такой способ погребения без одобрения. Дело не в заскорузлости обряда и не в нелюбви к прогрессу — за нежеланием отдавать тело огню стоит стройное и древнее богословское учение. Когда в 2015 году Священный Синод РПЦ утвердил документ «О христианском погребении усопших», он чётко обозначил: норма — это захоронение в земле, кремация же названа явлением нежелательным. В центре православного вероучения лежит догмат о всеобщем воскресении мёртвых. Каждое воскресенье верующий человек произносит в храме: «Чаю воскресения мертвых и жизни будущаго века». Это не метафора. Церковь учит, что после Второго пришествия Христа тела умерших восстанут — именно тела, а не души, облечённые в какую-то новую нематериальную субстанцию. Апостол Павел проводит прямую аналогию: тело умершего словно зерно, брошенное в землю. Никто не бросит зерно в огонь и не будет ждать урожая. Земное погребение — это об

Мы привыкли к нему с детства: лихой наездник с пушистыми усами, обнажённой шашкой и неизменным «Айда!». Образ, созданный актёром Борисом Бабочкиным, настолько прочно врос в народное сознание, что его имя стало нарицательным. Но за экранной легендой скрывался совершенно другой человек — с другой биографией, другими привычками и, что самое удивительное, с другой фамилией. Всё начиналось довольно прозаично. Будущий комдив родился 9 февраля (по новому стилю) 1887 года в чувашской деревне Будайка под Чебоксарами в беднейшей крестьянской семье. Дед будущего комдива — Степан Гаврилович — носил обычную фамилию Гаврилов. Крестьяне в ту пору часто довольствовались отчествами вместо фамилий, и это была одна из самых распространённых. Но именно этот Степан Гаврилович положил начало той самой фамилии, которая прогремит на всю страну. Случилось это благодаря одному-единственному слову. Самая правдоподобная версия происхождения неожиданного прозвища связана с работой на сплаве леса. В 1882 или 1883

Выражение «взять на понт» давно и прочно обосновалось в нашем языке, став синонимом блефа, обмана и желания казаться лучше, чем есть на самом деле. Благодаря кинематографу фраза приобрела блатную романтику, но её история по-настоящему аристократична и началась задолго до появления Маньки-Облигации. В XVIII веке, когда французский язык был в моде, а вечера в дворянских гостиных коротали за картами, родилось это выражение. Одной из самых популярных игр был ломбер. Именно в нём и появился «понт»: так назывался червонный туз, самый главный козырь, бьюший любую другую карту. Понт был не просто удачной картой, а практически джокером, позволявшим выиграть партию, даже если остальные карты были никудышными. В этой игре и возник фразеологизм «взять на понт», а говорили «взял на понт» про того, кто выигрывал благодаря козырному тузу. Со временем ломбер ушёл в прошлое, но «понт» не исчез. Вместе с другими карточными терминами он перекочевал в другие азартные игры, где значение слова расширилось.

Когда-то считалось, что в советском кино «секса нет», а насилие если и показывали, то только в рамках военно-патриотического воспитания. На самом деле это не совсем так. Даже сквозь суровое сито цензуры иногда прорывались кадры, от которых замирало сердце, а в залах падали в обморок. Эти сцены — всё равно что старые фотографии, найденные на чердаке: на них видно, какой на самом деле была наша история. И сейчас, спустя годы, они могут шокировать не меньше. Это даже не фильм, а испытание. Элем Климов снял картину, после которой хочется молчать. История белорусского мальчика Флёры, который за пару дней из улыбчивого подростка превращается в седого старика, снята настолько натуралистично, что кажется хроникой. А в какой-то мере так оно и есть: в основе — реальные события. Сцены, когда нацисты расстреливают жителей деревни, загоняя их в сарай, сняты без лишнего пафоса. Актер Алексей Кравченко играл подростка, который был свидетелем того, как гитлеровцы насилуют и убивают мирных женщин и де