Люся Савина(Мельникова)

Полина открыла глаза в три часа ночи. Не от шума, не от сна. От ощущения, что в квартире кто-то говорит. Она лежала на боку, вжавшись щекой в подушку, и слушала. Тиканье будильника на тумбочке. Глухой гул холодильника за стеной. И тихий, едва различимый голос из ванной. Артём. Полина повернула голову. Его половина кровати была пустой, простыня смята, подушка хранила вмятину от головы. Она спустила ноги на пол, и холод ламината прошёл по ступням до коленей. В животе шевельнулось что-то мелкое и тревожное. В коридоре, из-под двери ванной, тянулась узкая полоска света. Слов она не разбирала. Только интонацию: просительную, торопливую, приглушённую. Так Артём говорил, когда звонил в банк по поводу просроченного платежа или объяснялся с начальством. Она знала этот тон. За шестнадцать лет брака выучила наизусть. Ближе она не подошла. Стояла в темноте коридора, босая, в его старой футболке, и чувствовала, как по спине ползёт мелкая колючая неприятность. Не тревога ещё. Предчувствие. За дверью