Руфия Синдикаева

Восьмидесятые дали миру множество классных комедий, и это десятилетие вполне можно назвать эпохой расцвета данного жанра. Видеокассеты с фильмами переходили из рук в руки, затирались до дыр и разбирались на цитаты. Одна из таких картин была настолько хороша, что выглядит актуальной даже через 37 лет после премьеры. — Хотите узнать, в чём ваша проблема? Вам так скучно, что вы только и думаете, как бы ещё покочевряжиться! В 1960-х будущий режиссер и сценарист Гэри Маршалл писал шутки для голливудских ситкомов, а потом переехал в Нью-Йорк, где с переменным успехом снимал и продюсировал собственные сериалы. В начале восьмидесятых Маршаллу захотелось попробовать себя в большом кино, благо у него были для этого все возможности. За четыре года Гэри последовательно снял комедии "Молодость, больница, любовь", "Парень из "Фламинго" и "Ничего общего" с набирающим популярность Томом Хэнксом. Большой художественной ценности у фильмов не было, но они зарабатывали в кинотеатрах десятки миллионов долл

Восьмидесятые дали миру множество классных комедий, и это десятилетие вполне можно назвать эпохой расцвета данного жанра. Видеокассеты с фильмами переходили из рук в руки, затирались до дыр и разбирались на цитаты. Одна из таких картин была настолько хороша, что выглядит актуальной даже через 37 лет после премьеры. — Хотите узнать, в чём ваша проблема? Вам так скучно, что вы только и думаете, как бы ещё покочевряжиться! В 1960-х будущий режиссер и сценарист Гэри Маршалл писал шутки для голливудских ситкомов, а потом переехал в Нью-Йорк, где с переменным успехом снимал и продюсировал собственные сериалы. В начале восьмидесятых Маршаллу захотелось попробовать себя в большом кино, благо у него были для этого все возможности. За четыре года Гэри последовательно снял комедии "Молодость, больница, любовь", "Парень из "Фламинго" и "Ничего общего" с набирающим популярность Томом Хэнксом. Большой художественной ценности у фильмов не было, но они зарабатывали в кинотеатрах десятки миллионов долл