Владимир Иванов

Как уральский малахит прошел путь от мастерской к дворцу и почему именно его зеленые узоры стали «подписью» роскоши? Узнайте в статье! А вы когда-нибудь задумывались об истории малахита? Поделитесь в комментариях и поддержите статью 👍 tenra/istock Малахит часто вспоминают через образы из уральских сказов — хозяйку Медной горы и малахитовую шкатулку. Но реальная история камня не менее увлекательна: в ней есть древние украшения, неожиданная косметика, промышленная добыча и редкая техника, благодаря которой малахит «ложится» на поверхность так, что кажется единым полотном. Камень, который знали задолго до дворцов Малахит не был «открытием» одного века. Археологи находили украшения из малахита на территориях современных Ирака и Израиля — им приписывают возраст более 9 тысяч лет. Камень был известен и в других культурах: в Китае и Индии его ценили как красивый минерал, а в Древнем Египте малахитовый порошок использовали как основу для теней для век. Почему он так понравился людям? Во мног

Джваненг — лидер мировой алмазодобычи по стоимости извлекаемого сырья. Этот гигантский карьер в Ботсване дает до 15 миллионов карат ежегодно. Объект обеспечивает стабильный приток валюты для целого государства. Но карьер глубиной почти в полкилометра мог вообще не появиться на картах. Десять лет геологи искали алмазоносные трубки там, где они лежали прямо под ногами. Причина крылась в ошибках методологии и переоценке стандартных геофизических методов. Первичная геологоразведка южной окраины Калахари началась в 1955 году силами корпорации De Beers. В 1962 году полевая партия под руководством Джима Гибсона и Джима Платта провела серию изысканий вдоль транскалахарской трассы. Результат зафиксирован как отрицательный. Поисковые работы на участке велись с грубым нарушением технологии извлечения тяжелых фракций. Инженерный просчет заключался в использовании классических золотопромывочных лотков. Этот инструмент непригоден для удержания мелких индикаторных минералов кимберлита. Пиропы и иль

Джваненг — лидер мировой алмазодобычи по стоимости извлекаемого сырья. Этот гигантский карьер в Ботсване дает до 15 миллионов карат ежегодно. Объект обеспечивает стабильный приток валюты для целого государства. Но карьер глубиной почти в полкилометра мог вообще не появиться на картах. Десять лет геологи искали алмазоносные трубки там, где они лежали прямо под ногами. Причина крылась в ошибках методологии и переоценке стандартных геофизических методов. Первичная геологоразведка южной окраины Калахари началась в 1955 году силами корпорации De Beers. В 1962 году полевая партия под руководством Джима Гибсона и Джима Платта провела серию изысканий вдоль транскалахарской трассы. Результат зафиксирован как отрицательный. Поисковые работы на участке велись с грубым нарушением технологии извлечения тяжелых фракций. Инженерный просчет заключался в использовании классических золотопромывочных лотков. Этот инструмент непригоден для удержания мелких индикаторных минералов кимберлита. Пиропы и иль

Мало кто знает, что в Приморье было своё Эльдорадо – золотые прииски на острове Аскольд. Именно из-за них началась кровопролитная Манзовская война, когда хунхузы прокатились по всему югу края, сжигая деревни, грабя и убивая. Благородный металл, добытый на живописном острове, играл важную роль в развитии региона. Для одних он стал источником благ, другим принёс горе и разрушения. Поговорим об истории приморского золота – кто на нём обогатился, а кто остался ни с чем? Была ли в Приморье своя «золотая лихорадка»? И почему месторождение в итоге забросили? Удивительно, но месторождение на острове Аскольд знали ещё со времён Бохайского царства. Оно существовало в регионе с VII по X вв., занимая территорию Манчжурии, Приморья и часть Северной Кореи. Бохай был развитой культурой, где процветали ремёсла. В том числе – металлургия, металлообработка и ювелирное дело. Так что вполне возможно, что аристократы тех лет носили украшения, сделанные из металла, добытого на Аскольде. После падения Бохайс

Никандров Иннокентий Прокопьевич родился 12 октября 1937 года в Тюгюлюнском наслеге на восточном берегу Алдана в семье охотника-промысловика Прокопия Никандрова и его второй жены Анны Васильевны (в девичестве Слепцовой). Отец был старше матери на 28 лет. К моменту рождения Иннокентия Прокопию шел 61-й год. Старший сводный брат Иннокентия, Семен, погиб на Халхин-Голе еще до его рождения. Второй брат, Николай, ушел на фронт в 42-м и пропал без вести под Ржевом. В 44-м, когда Иннокентию было 7 лет, отец умер от воспаления легких в районной больнице села Усть-Мая. Мать осталась одна с тремя детьми. Иннокентий был младшим, перед ним были сестра Марфа и брат Афанасий. Семья жила тем, что давала охота отца, а после его смерти – тем, что добывал в тайге Афанасий, 14-летний подросток, которому в военный год пришлось встать на лыжи вместо отца. Иннокентий с шести лет ходил с братом по путику. К десяти годам он умел ставить капкан на горностая, вязать петли на зайца, разделывать соболя на шкуру и