Лучший наш дроновод, Герой России, три ордена мужества: "Я устал быть голосом разума в пустоте"

На передовой боец с позывным "Моисей" давно стал легендой. Командир взвода БПЛА спецназа "Ахмат" Эдуард Иост – один из самых результативных операторов беспилотников за все время СВО. Весной 2022 года он добровольцем ушел на СВО, к 2026 году став Героем России и кавалером трех орденов Мужества. Был тяжело ранен, враги не раз радостно сообщали о его "ликвидации".
Но наперекор их надеждам "Моисей" возвращался в строй.
Еще один штрих к его боевой работе: командующий войсками БПЛА ВСУ Бровди ("Мадяр") назначил "Моисея" своим "личным врагом". Герой России не устает делом доказывать "Мадяру", что тот сделал это не зря.
Поэтому одно дело, когда к военным властям взывает обычный боец, и даже командир, а другое - когда Герой России, с таким вот четырехлетним опытом беспрерывных боев...
И вот на днях Эдуард Иост в своем канале опубликовал отчаянный пост:
"А у нас в тылу – тишина…", который можно считать прямым обращением к министру обороны Андрею Белоусову. "Моисей" гневно и горько констатирует: пока враги "задавливают" наших бойцов тоннами своих тяжелых дронов, он, как командир, "продолжает долбиться в закрытые двери высокого руководства". Спецназовец пишет:
"У нас ЕСТЬ тяжелый ударный дрон. Он не хуже, а по ряду параметров – лучше того, что летает на ту сторону. Прошел испытания. Готов к работе. Способен нести тонны смертоносного груза на головы врага и защищать наши позиции. Но это никому не нужно!"
Высказывание "Моисея" звучит еще более трагично на фоне его следующего краткого поста. Несмотря на все заслуги Героя России и очевидные потребности армии, боевой командир вынужден заниматься тем, чем заниматься не должен:
"Друзья, товарищи. Напомню, мы ищем инвестора для крупного коммерческого проекта по тяжелым дронам. Своя защищенная CRPA антенна, ей плевать на спуфинг и т.
д".
Виданое ли дело для войны... Чтобы боец с линии фронта искал инвестора..
Эдуард Иост подчеркивает: раз за разом уже готовому к использованию дрону отказывают в госфинансировании для масштабного производства. Он цитирует причины отказов:
– Слишком сложная логистика.
– У нас есть другие приоритеты.
– И самое любимое – "Мы подумаем".
Герой России не сдерживает гнева: пока генералы думают, там гибнут люди! Он признается: "Я устал быть голосом разума в пустоте". Но вновь и вновь, несмотря на моральную усталость, указывает на очевидное:
"Без нормальных тяжелых дронов пехота – просто мишень. Мы имеем возможность закрыть эту потребность здесь и сейчас, но наше решение проблемы пылится на полке, потому что оно "не интересно". Может, станет интересно, когда счет пойдет на десятки потерянных позиций из-за отсутствия контрбатарейной и контр-БПЛА борьбы с воздуха?"
Чтобы ни у кого не возникало сомнений в том, что разработка уже отлично показала себя в боевых условиях, "Моисей" рассказал о конкретном примере боевого применения тяжелых дронов. Это отчет штурмового полка после эксперимента:
"Нам дали добро на один, всего один раз работы в интересах полка ВКС с тяжелым дроном типа "Баба Яга". Обычно такие штурмы – это "мясо". Окопы, зачистка, встречный огонь, потери… Но в этот раз было иначе. Наш дрон работал перед пехотой. Не хаотично, а методично. Он выносил опорники, уничтожал пулеметные гнезда, сбрасывал "Аптечки" и "ТМки" (противотанковые мины) прямо в блиндажи. А главное – он давил психику противника.
Теперь, кстати, представьте, что все то же самое испытвают наши бойцы, когда с самого начала СВО на позиции прилетает их "Баба Яга".
Эдуард Иост подчеркивает главный результат применения нового БПЛА: "Штурмовая группа зашла на позиции без единого выстрела по себе":
"Враг бежал, бросив оружие и раненых. Потому что выдержать это психологически невозможно. Противник, который привык чувствовать себя хозяином положения, увидел над головой неумолимую, тяжелую смерть".
Главный вывод, который делает "Моисей", предельно прямолинеен:
"Кратное снижение потерь – это не теория, это доказанный факт. Если бы у нас было не 10 таких дронов на бригаду, а 100, сколько ребят остались бы живы? Сколько штурмов прошло бы "сухими"?
Но, вместо того чтобы тиражировать успех, констатирует Иост, высокие кабинеты продолжают "спорить о бумажках", пока наши бойцы мечтают услышать над головой гул своего "колдуна", а не вражеского. А существующая разработка – надежный, усиленный, готовый к работе в условиях тотальной радиоэлектронной борьбы тяжелый дрон – так и остается никому не нужной там, где принимаются решения. "Моисей" обращается ко всему военному Рунету и СМИ с отчаянной просьбой максимально распространить его слова:
"Я пишу это не ради хайпа. Я пишу, потому что у нас есть формула Победы с минимальной кровью. Ее просто отказываются применять. Если вы хотите, чтобы наши парни возвращались домой, а штурмы не были лотереей – дайте этой теме резонанс. Пусть те, кто принимает решения, наконец увидят: тяжелые дроны – не игрушки, это броня наших солдат. Нужно масштабирование. Нужно серийное производство".
Но, судя по тому, что в канале "Моисея" раз за разом повторяется пост о поиске инвестора, который вложит деньги в производство таких дронов, во внимание Минобороны опытный командир и Герой России не очень-то верит. Поэтому продолжает пытаться сделать хоть что-то, чтобы наладить производство новых БПЛА. И просит генералитет лишь об одном: перестать игнорировать тех, кто уже доказал, что тяжелые дроны типа "Бабы Яги" сохраняют жизни наших бойцов. Каждая из которых – бесценна.