«Мы даем тебе ровно час форы, а потом идем по следу», голос капитана звучал в ночной тишине абсолютно спокойноТяжелый милицейский сапог с хрустом наступил в ледяную придорожную лужу.

Грузный капитан застегнул портупею, равнодушно сплюнул и посмотрел на свернувшуюся в осенней грязи девушку. Двадцатичетырехлетняя Маша ехала в таежный поселок лечить людей, но до новой работы ей было не суждено добраться. Трое патрульных на пустой ночной трассе имели свои взгляды на закон.
Они не стали прятать следы сразу. Опьяненные собственной безнаказанностью, милиционеры дали замерзающей, измученной жертве ровно час форы. Сказали бежать в ночной лес при минусовой температуре — выживет, значит, повезло.
Они были уверены, что глухая тайга скроет их преступление без остатка. Оборотни в погонах не учли только одного — к чьей именно двери глубокой ночью приведут кровавые следы.🌲 Ночная трасса и разбитые надежды
Сентябрь 1999 года выдался холодным. Старенькая бежевая «шестерка» прорезала желтыми фарами густой туман на таежной дороге. За рулем сидела Мария. В багажнике лежала сумка с теплыми вещами, а в бардачке — свежий медицинский диплом. Девушка ехала в поселок Тура работать фельдшером.
Около одиннадцати вечера впереди замигали синие проблесковые маячки. Поперек ухабистой дороги стояла патрульная машина. Маша с облегчением выдохнула: живые люди в этой глуши. Она опустила стекло, готовясь показать документы, но в салон ворвался не запах свежей хвои, а густой, тошнотворный дух перегара.
Их было трое. Капитан Самойлов — огромный, с тяжелым взглядом мясника, дерганый Лёня Стуков и молодой Витёк, который сразу отвернулся к капоту. Они вытащили девушку из машины. Кричать было бесполезно — на сто километров вокруг не было ни единой души, а деревьям было абсолютно плевать на чужую боль.
🔦 Ледяной приговор
Когда всё закончилось, Маша лежала на колючем щебне. Она не чувствовала холода, только пульсирующую боль. Самойлов закурил, выпустил дым в черное небо и лениво произнес правила своей игры.
Ей дали ровно час форы. Капитан махнул рукой в сторону непроглядной чащи и приказал бежать. Если доберется до жилья — ее счастье. Не успеет или замерзнет — значит, волкам будет чем поживиться....ЧИТАТЬ ПОЛНОСТЬЮ